Наследница

Он закрыл за собой дверь, шум праздника, вплеснувшийся в кабинет, превратился в беспрерывный гул.

– Ева, что ты делаешь? – воскликнула я с возмущением. – Какой, к собачьим бесам, креветочный паштет? Мы должны извиниться перед гостями и вызвать дознавателей. Нас ограбили, а мою дуэнью – одурманили. Святые Угодники, нам, как минимум, нужен лекарь!

– Мы не можем остановить прием! Хочешь, чтобы о Вишневских писали на каждом столбе? Не понимаешь, что еще одного скандала наша репутация не выдержит. Что с тобой стало, Анна? Ты всегда болела за семью!

– Анна, в этот раз не могу не согласиться с твоей мачехой, – вдруг произнес Стомма.

– Кастан! – воскликнула я. – Не могу поверить, что это сказал именно ты! Бес с ним, с колье, но как же Глэдис? Предлагаешь оставить ее на диванчике в кабинете и пойти развлекаться под веселую музыку? А если она умрет?

В этот момент, словно в насмешку, на улице сверкнула молния, и с грохотом на землю обрушилась стена дождя. Взметнулась на открытом окне занавеска, пахнуло влажной свежестью. Засверкали молнии, и люстра на потолке замигала."

"…Диван, кабинет, смерть.

Проклятые слова не давали сосредоточиться.

– Что ты думаешь? Мне промолчать?

– Не важно, что думаю я, в этом доме ты единственная настоящая хозяйка, Анна. Тебе решать, – с непроницаемым видом ответил он и добавил через паузу: – Но и тебе одной нести ответственность за это решение.

В этот момент рука Глэдис безжизненно свесилась с дивана. На запястье с синеватыми кровеносными жилами краснели длинные царапины от чьих-то ногтей, верно, принадлежавших грабителю.

– Я хочу разбирательства, – вымолвила я.

– Тогда ты должна выйти к гостям и рассказать о том, что среди них вор, – пожал плечами Влад.

– Владислав, вы разумный человек, разве вы не видите, что Анна не в себе? – воскликнула мачеха. – Ты хочешь, чтобы нас всех уничтожили? На самом деле, ты этого добиваешься?

…Чокнутая, сумасшедшая, безумная.

В моей голове смерчем пронесся поток слов, а следом пришла запоздалая мысль, почему Ева говорит с Владом так, словно они знакомы тысячу лет?

– Я выйду к гостям, – перебивая странный спор, заявила я и обратилась к Кастану: – Вызови дознавателей.

– Как скажешь, – сдался он.

– Ты пойдешь со мной? – обратилась я к Владу, словно со стороны услышав свой жалобный голос.

Впервые за все это время ледяной взгляд мужчины потеплел. Он кивнул и, сжав мои пальчики, положил руку на сгиб своего локтя. Этот простой, но доверительный жест заставил Кастана нахмуриться, а Еву и вовсе отвернуться.

– Готова? – чуть улыбнулся Влад.

Мы вышли из кабинета. Грохот яростной грозы, атаковавшей город, стих, скрытый стенами.