Безнадежно влип

Вот, чтобы я бюстгальтеры покупала за свои кровные, – начинается, блин.

– Ладно, иди меряй за пятнадцать.

– Нет. Пойдем отсюда.

Хотелось наконец-то выдохнуть, экзекуция подошла к концу. А вот ни хрена. «Детский мир». Только этого мне еще не хватало. Очередное напоминание о том, что в ближайшем будущем у меня появится племянник. Или племянница. Бесит. Неимоверно. Не сам факт детей, а то, что этим Наташа, по сути, испоганила себе жизнь. Ну и, если уж быть честным перед самим собой, меня выводит из себя не сам факт беременности, не шестнадцать же ей, в конце концов, а непосредственный виновник этого самого залета.

Наверное, я бы принял ее беременность, будь она с кем-нибудь другим. Но не с этим. И дело даже не в его возрасте. Просто… просто ни хера не просто. С такими связываться – наживать себе проблем.

Настроение моментально улетучивается в неизвестном направлении, когда Маша тянет меня за руку именно в «Детский мир».

– Зачем тебе туда?

– Чтобы что-нибудь купить Наташе, недогадливый ты мой.

– Дурная примета – покупать детские вещи заранее. Тем более, до родов еще долго. Я туда не хочу. Букета цветов будет достаточно.

– С каких пор ты стал суеверным? Ерунда это все.

Просто цветы ей подарит другой, раздражающий тебя, мужчина, а мы что-нибудь нужное купим. За мной, Михаил Александрович.

Год назад я бы пальцем покрутил у виска, если бы мне какая-то малявка отдавала приказы. Сейчас же иду за ней как приклеенный. Более того, ловлю себя на мысли, что мне нравится наблюдать за Машиной реакцией на детские вещи.

– Боже, какая прелесть, – восторженно выдает она, когда мы оказываемся возле колясок. – Розовенькая. Давай купим?

– А если будет мальчик?

– Мда… не подумала.

– Маш, пойдем уже отсюда.

Они сами все купят, когда придет время.

– Ну подожди еще чуть-чуть, дай посмотреть, что тут еще есть. Кстати, если будешь такой хмурый, я на тебе молокоотсос попробую. Вот прям сейчас подниму твою футболку и приставлю к твоей сисечке эту штуковину.

– Сисечке?

– Ну да, я же ласково. Считаю до трех, если не улыбнешься, твоя сисечка познает все прелести материнства, – да, не улыбнуться сложно. – Один, два, три.

Судя по тому, что Маша начала распаковывать коробку – не шутит.

– А ничего, что ты товар портишь? Я сейчас пожалуюсь на тебя продавцу.

– А я его куплю. Нам на будущее. В смысле, моим сисечкам. Ты улыбнешься или нет?

– Нет.

– Ну все, тогда я иду к вам.

Наверное, я и вправду идиот раз позволяю это делать, да еще и в магазине. Точно крыша подтекает. На мне пробуют молокоотсос, а я стою и наблюдаю за этой нахалкой. Ей весело. Увы, в какой-то момент и мне становится сложно сдержаться.

– Ну вот что делает молокоотсос животворящий. Буду применять его всегда на тебе, когда ты не захочешь улыбаться.

– Пошли уже, я устал.

– Скоро отдохнем. Все.