Безнадежно влип

Его купим и за цветочками.

***

Наверное, я эгоист до мозга костей. Но я реально не понимаю, на хрена нам куда-то ехать, когда можно провести время вдвоем.

– А давай чуть сменим маршрут? – перевожу взгляд на Машу. Красивая зараза в коротком розовом платье.

– Заедем в лес и будем грешить на заднем сиденье? Нет, Мишенька. До вечера подождешь. Не хочу помять платьишко.

– Я имел в виду не это. Давай на дачу.

– Ты не хочешь поздравить сестру с днем рождения?

– Я могу поздравить ее в любой другой день.

– Неа. Мы едем туда. И да, пожалуйста, веди себя прилично.

– А я когда-то вел себя неприлично? – не скрывая возмущения, выдаю я.

– Ты знаешь, что я имею в виду. Не будь как папа.

– Ты сравниваешь меня со своим отцом? Ну, шикарно.

– Да, сравниваю. Он тоже думал и по-прежнему считает, что знает то, как мне необходимо строить свою жизнь. Чем ты отличаешься от него? – никогда бы ни подумал, что буду скучать по наивной феячной Маше. Здравые рассуждения от нее меня тоже раздражают, потому что я полностью осознаю, что она права, а сделать с этим ничего не могу. – Миш, ну правда, отстань от Наташи, она уже не маленькая. И не надо демонизировать Архангельского.

"Камень в мой огород. Удивительно, как еще Берсеньев не подстрелил мне яйца за отсутствие законного брака. Видать, стареет. Хотя, с ним более-менее понятно, новорожденный сын отнимает, если не все, то до хрена времени. А вот почему Маша до сих пор не выковыряла мне мозг чайной ложечкой – неясно. За полгода она ни разу не намекнула, что пора бы пожениться. И несмотря на то, что кольцо уже три месяца пылится в комоде, делать предложение Маше не спешу.

Кольцо появится на ее пальце только тогда, когда я точно буду убежден в том, что дурь, в виде обучение за бугром, исчезнет из Машиной головы. Да, я законченный эгоист. Но полгода куковать одному? Маразм какой-то. Я на такое не подписывался.

С трудом нацепляю на себя улыбку, когда мы подъезжаем к дому. Имениннице на хрен не сдалось мое плохое настроение. Приму. Когда-нибудь обязательно приму все. Но походу не сейчас. Стоило только увидеть знакомую рожу, как желание дать ему хорошенько по яйцам – вышло на первый план.

– Надо было купить намордник и поводок, – перевожу взгляд на Машу.

– Зачем?

– Чтобы на тебя надеть. Ты сейчас слюной будешь от злости капать. Хотя, зачем нам намордник. У нас же есть молокоотсос. Мне принести его, чтобы на твоем лице появилась улыбка?

– О, здрасте, ты сегодня с папулей, – ответить что-нибудь этакое Маше я тупо не успел. Да и по хрен, когда перед тобой стоит моднявый. Как, блин, его зовут? И что он здесь вообще делает?

Молча наблюдаю за тем, как они перекидываются какой-то малоинформативной херней. Никита – голова отбита.