Безнадежно влип
Всю жизнь прожив в изоляции под неустанным контролем диктатора отца, я решаю во что бы то ни стало обрести долгожданную свободу и избавиться от навязанного им без пяти минут мужа. Я чудом сбегаю и попадаю в лапы не менее страшного с виду мужчины. Внешне напоминающего медведя. Зато у него добрые глаза. А то, что он занудный грубиян с дрянным характером – не беда. Главное – он мой проводник в свободную жизнь. Или несвободную?ПЕРВАЯ ЧАСТЬ - СПОРИМ, ВЛЮБИШЬСЯ? ( бесплатно)ХЭОбложка Эвелина Киндинова
Снова вернулся в лес и продолжил поиски. Уже в который раз «благодаря» Маше, я чувствую себя никчемным придурком. Еще и невезучим вдобавок. Иначе как объяснить, что хлопьями повалил снег, как только я нашел след от ботинок, судя по размеру, принадлежащий Маше.
Остановился, чтобы перевести дыхание и благо в этот момент в голову пришла здравая мысль. Достаю из куртки мобильник. Говорить спокойно, когда от души хочется накостылять этой малявке, – сложно. Но я собираю волю в кулак и набираю Наташу.
– Спасибо за селедку под шубой, Наташенька.
– Пожалуйста, Мишенька. Но это не я ее готовила.
– Ясненько. А скажи-ка мне, солнышко, у твоей подружки есть телефон?
– Есть. А зачем тебе? Типа по переписке легче общаться? Ну ладно Маша в оранжерее росла, но ты-то куда? Не знаешь, как наладить контакт с девочкой? Для начала можешь достать из штанов кукурузу и засеять ее в Машино поле, а потом уже разговоры разговаривай.
– Наташа, блядь!
– Но-но-но, я бы попросила. Я почти невинна, а ты тут про каких-то блядей. Нафиг ты сейчас спрашиваешь про телефон?
– Не выводи меня из себя больше, чем есть.
– Так если она в овраге и без сознания, то как она тебе ответит? Блин. Ну как же так, все через одно место у вас.
– Значит так, звонишь сейчас ей. Если трубку возьмет, прояви актерский талант и узнай, где она. Может, она уже к трассе убежала. Если не возьмет, то логично предположить, что…
– Что случилась жопонька. Все, звоню.
Не успел положить трубку, как передо мной появилась та самая собака.
"Пробежав метров сто, собака остановилась возле на половину заснеженной ямы. Не такая уж четвероногая и тупая, в отличие от некоторых. Добегалась, дуреха.
– Да.
– Маша не берет трубку.
– Я вижу. В смысле потом позвоню. Я ее нашел.
Судя по Машиному растерянному взгляду, очухалась она совсем недавно. Спускаюсь в яму. Радость от того, что эта бестолочь жива, сменилась раздражением, когда я осознал, что она даже не дрожит, а значит примерзла уже прилично.
– А отозваться или просто крикнуть слабо? А, Машенька?
– Я, наверное, чем-то ударилась. Не помню, как тут и… сколько нахожусь. Я не чувствую ступней. И руки...














