Безжалостные святые (ЛП)

Поднося руку к подбородку Уинтер, я приподнимаю ее лицо, пока наши глаза не встречаются.

— Ты не одна.

Уинтер кивает и, обвив руками мою шею, садится верхом на мои колени и крепко прижимается ко мне. Я кладу руку ей за голову, а другой рукой обнимаю ее. Долгое время я даю Уинтер утешение, в котором она нуждается, когда мы просто обнимаем друг друга.

Она притихла, но я не двигаюсь. Когда поднимается легкий ветерок, она шепчет:

— Я влюбляюсь в тебя. Пожалуйста, прими меня.

Я отстраняюсь, чтобы видеть глаза Уинтер, и мой взгляд скользит по ее лицу. Мое сердце расширяется, пока не наполняется до краев моей преданностью ей.

Я никогда не испытывал таких сильных эмоций к другому человеку, и это заставляет меня бормотать:

— Я уже принял тебя. Отдай мне свое сердце, принцесса. Люби меня.

Уинтер отводит руки назад и обхватывает мой подбородок мягкими ладонями. Мы пристально смотрим друг другу в глаза, а затем она наклоняется вперед и запечатлевает нежный поцелуй на моих губах.

— Ты завладел моим сердцем, Дэмиен.

Я не позволяю ей отстраниться, но прижимаю ее к себе, когда завладеваю ее ртом. Мой язык касается ее языка, желая попробовать на вкус слова, которые она сказала.

Наши губы сливаются воедино, и проходят минуты, пока наши языки танцуют, прежде чем мы медленно отрываемся друг от друга.

Уинтер кладет щеку мне на плечо, и я чувствую, как ее дыхание касается моей шеи. Через пару секунд она шепчет:

— Расскажи мне о своем детстве.

Нахмурившись, я спрашиваю:

— Зачем?

Она издает смешок.

— В детстве я слышала страшные истории о Ветровых. Киллиан произнес это так, будто ты бугимен.

— Баба Яга, – бормочу я. – Киллиан не ошибся.

Уинтер поднимает голову и хмуро смотрит на меня.

Я бросаю взгляд на воду.

— Я выстрелил из своего первого пистолета в возрасте семи лет. К тому времени, когда мне исполнилось тринадцать, я ни разу не промахнулся. На мой шестнадцатый день рождения отец взял меня на охоту.

— На кого вы охотились? – спрашивает Уинтер.

Я снова перевожу взгляд на нее.

— У моего отца был контракт на убийство кого-то, и он заставил меня сделать это.

— Итак, ты выполнил контракт? – спрашивает она.

Я киваю, затем спрашиваю:

— Сколько тебе было лет, когда Киллиан научил тебя стрелять из оружия?

— Четырнадцать.

Я поднимаю руку к ее шее и провожу пальцем по шраму.

— Расскажи мне, что случилось.

Уинтер делает глубокий вдох."

"— Мы выходили из торгового центра. На полпути к машине они открыли по нам огонь. Моя мама... она схватила меня и повалила на землю. В нас обоих стреляли, только ей выстрелили в голову. Киллиан схватил меня и вытащил оттуда. Он подлатал меня... – Ее голос затихает, и проходят долгие секунды, прежде чем она шепчет.– Киллиан был для меня всем. Он взял на себя роль моей матери. Он был моим лучшим другом.