Наощупь

— И что же?

— Это кое-что невозможно прекрасное, абсолютное запредельное удовольствие.

— Я готова!

Таня явно воодушевлена, но она еще не знает, что я задумал. Полагаю, потом её энтузиазм может в значительной мере поубавиться.

— Это очень хорошо. Для этого нам нужно несколько дней воздерживаться. В идеале даже не касаться друг друга…

— Я не могу тебя не касаться! — тут же протестует она.

— Так нужно. Придется потерпеть, потом все усилия компенсируется, обещаю.

— Не могу сказать, что мне по душе такая затея…

Улыбаюсь. Знаю, что впоследствии она изменит мнение, и практика воздержания войдет в наши с ней отношения навсегда.

— Доверься мне…

Глава 23

— Господи, как шумно! Не расскажешь, зачем мы сюда пришли? — обмахиваюсь врученными в процессе долгого хождения по магазинам рекламными проспектами и растерянно озираюсь по сторонам.

— Выбрать тебе красивое платье для сватовства. Ты в курсе, что ты теперь сваха? — шевелит темными бровями Стёпа.

— Фу, какое противное слово!

— Ну, уж какое есть, — смеется он.

— У меня полно всяких платьев! — продолжаю капризничать и сама себя не узнаю. Настроение вообще ни к черту. И я знаю, что послужило тому причиной.

— Но ты ведь их уже надевала!

— Ну, и что? Мне там не перед кем красоваться!

— Это как же? А перед сыном? — не соглашается со мной Степан. — Ну же, капризуля, пойдем. Мне понравилось то алое платье…

Меня уже не удивляет, что незрячий Степан может меня увидеть. Но я все еще не могу привыкнуть к тому, с каким вниманием ко мне относится этот невозможный человек. Он совсем не из той породы мужчин, которые с мученическим выражением лица сидит у примерочной. Степа принимает самое активное участие в моем затянувшемся шопинге. И это невероятно трогательно.

— Я не буду заново его надевать. Купим без повторной примерки!

— Как скажешь, моя хорошая.

Фыр! Ну, и разве можно на него злиться? Конечно, нет! Но я все равно накалена до предела. Так что, кажется, еще немного, и воздух заискрит. И больше всего меня добивает то, что Степа прекрасно знает, почему я бешусь! Не потому ли его губы дрожат от смеха?

— Степа! — шиплю возмущенно.

— А я что?

— Ты? — негодующе подпираю бока, как самая настоящая сварливая баба, которых я всегда недолюбливала. — А то ты не понимаешь!

— Понимаю, моя хорошая. Потерпи, — в его низкий вибрирующий голос вкрадываются теплые ласковые нотки, и меня чуть отпускает.

— Я не могу, — жалуюсь, совершенно по-детски надув губы, — не могу без тебя больше!

— Осталось лишь немного подождать…

— Не могу! Мне кажется, еще чуть-чуть, и меня разорвет на части…

— Это потому, что в тебе сконцентрировано слишком много энергии.