Риск

– Он по уши влюблен в тебя, – утверждает Саммер.

Она хихикает, но быстро становится серьезной.

– Хантер ведет себя с нами совершенно по-скотски, – признается подруга. – Ну, когда не занят очередной юбкой.

– Наверное, потому что ты очень ему нравилась?

– Честно? Думаю, дело не во мне, а в Фитце.

– Так вот оно что! Он хотел трахнуть Фитца, – печальным голосом объявляю я. – Хотя кто бы не хотел?

– Нет, дурочка. Просто Фитц нагло соврал Хантеру, когда тот спросил, есть ли у него ко мне какие-нибудь чувства. Хантер считает, что это предательство и Фитц нарушил братский кодекс.

– Ну, братский кодекс – это святое, – вынуждена согласиться я. – Особенно среди товарищей по команде.

– Знаю. Фитц говорит, что на тренировках чувствуется напряжение. – Саммер стонет. – А что, если это повлияет на их игру в полуфинале, Би? Тогда в финал выйдет Йель.

– Мой отец заставит их взяться за ум, – уверяю я ее. – И как бы ни вел себя Хантер, ему нравится выигрывать матчи. Так что он не позволит, чтобы конфликт из-за какой-то девчонки – ты уж прости – отвлек его от победы.

Телефон вибрирует, и я не слышу, что говорит Саммер.

– Сообщение пришло, – объясняю я. – Прости, продолжай. Что ты там говорила?

– Я спрашивала, может, мне стоит поговорить с ним?

– Не знаю, поможет ли это. Он упрямый осел. Но рано или поздно Хантер повзрослеет и все забудется.

Мы еще некоторое время болтаем о всякой ерунде, и у меня начинают слипаться глаза.

– Саммер, малышка, мне пора спать. Завтра утром у меня собеседование.

– Ладно. Позвони мне завтра. Люблю тебя.

Я уже собираюсь выключить лампу на прикроватной тумбочке, когда вспоминаю про сообщение. Ткнув пальцем по иконке, недовольно прищуриваюсь, увидев имя Маккарти.

У меня отвисает челюсть. Это что, шутка?

Я перечитываю сообщение, но нет, текст не изменился. Маккарти действительно прекращает наши отношения.

Похоже, Джейк Коннелли только что объявил мне войну.

В большинстве ситуаций мне почти всегда удается сохранять самообладание. Я не впадаю в панику, и меня почти ничего не пугает, даже собственный отец, который известен тем, что лишь одним взглядом может заставить плакать взрослых мужиков. И это не преувеличение – как-то я сама была тому свидетелем.

Я пытаюсь не хмуриться на это сексистское замечание. Один из моих научных ассистентов, Тристан, когда-то проходил тут практику и предупредил меня, что Малдер тот еще козел. Но в то же время, по словам Тристана, стажеры не подчиняются ему напрямую, а значит, мне не придется больше общаться с ним после этого собеседования. Он просто еще одно препятствие, которое мне придется преодолеть на пути к заветной стажировке.

– Вообще-то, об этом сказано в моем сопроводительном письме.