Иржина: Всё не так, как кажется. Случайное – не случайно. Предначертанного не избежать.

Меня и переклинило, это из-за того, что ты… А потом ты взяла и бросила меня. Ни слова не сказав, исчезла и перестала со мной общаться. Я ведь не знал, что ты слышала разговор. Думал, что я настолько тебе противен, что и видеть меня не хочешь, да еще тебя принуждают выходить замуж. А ты замкнулась и стала избегать меня. Думаешь, я не замечал, что ты даже Яном перестала меня называть. Я каждый день, как дурак, пытался найти тебя, чтобы хотя бы увидеть, а ты где-то пропадала. И эти твои, – недовольно скривился он, – в мотоклубе… Все эти красавчики, с которыми ты смеялась и общалась, в кафе ходила.

– Откуда ты знаешь, что я делала в мотоклубе и с кем? – растерялась я. – Ты что, следил за мной?!

Некромант ничего не ответил, но по его виноватому виду я поняла, что угадала.

– Ты совсем с ума сошел? – прошипев, ткнула его пальцем в грудь.

– Совсем, – кивнул он.

– А? – хлопнула я ресницами.

Нет, я так не могу ругаться. Для того чтобы устроить хороший скандал, нужно, чтобы оппонент тоже ругался. А если он соглашается и не спорит, то какой же это скандал? Даже пар не выпустить.

– Знаешь, незаметно, что ты обо мне не думаешь плохо! – ухватилась я за мысль и уперла руки в боки.

 – Да ты только что ворвался в грот и ревел как караман в брачный период. Вместо того чтобы разобраться, ты орал на меня. Кстати! Как ты там вообще очутился?

– Я очутился во дворце. Мы приехали, я попросил вас найти, а мне с похабными усмешечками сообщили, что княжич увел леди в грот делать предложение, от которого она не сможет отказаться. И что, мол, скоро свадьба. Как еще я должен был отреагировать? Я полетел туда сломя голову, прибежал, и что увидел?! – тоже повысил голос Себастьян. – Этот… лежит, а ты на нем сверху и улыбаешься!

– Да конечно! И ты сразу решил, что это я его соблазнила и все такое?! Да «этот», как ты выразился, собирался меня изнасиловать и опозорить, чтобы я потом согласилась выйти за него замуж! Очень уж князю Китарру хотелось породниться с императором.

А ты… Вместо того чтобы разобраться, начал орать на меня! – рявкнула я, дойдя до кондиции.

Ну что ж такое в самом-то деле?! Никаких нервов не хватает, чтобы выяснить отношения, как это делают цивилизованные люди. Он даже извиниться толком не может, не доводя меня до белого каления.

– Я орал, потому что женщина, которую я восемь месяцев считал погибшей и сходил от этого с ума, лежала в объятиях какой-то рогатой скотины, а он хвостом ее ногу обвивал! И она улыбалась! – Себастьян тоже перестал сдерживаться и перешел на повышенные тона.

– А тебе, конечно, было бы легче, если бы я слезами заливалась?! Не дождешься! После того, что я услышала от тебя в свой адрес, уже достаточно поплакала. Хватит! И эта «рогатая скотина», в отличие от тебя, меня не оскорбляла, а всего лишь выполняла приказ отца.