Не мой парень

— Поехала с друзьями в клуб, кажется. Финн сказал, что устал и решил никуда не ехать.

Софи заливисто смеется и играет светлыми бровями.

— Остался, чтобы провести время с сестренкой, которая интереснее его отфотошопленной барби, а?

— Это была случайность. И не должно повториться, — говорю больше себе, чем ей. — Финн встречается с Ким, и я чувствую себя ужасно из-за того, что произошло.

— А я бы вот хотела, чтобы у вас получилось, — мечтательно закатывает глаза подруга. — Ты лучше, чем Кимберли. Ты настоящая.

В такие моменты я начинаю любить Софи еще сильнее, потому что она, пожалуй, единственная, кто произносит эти слова искренне и не кривя душой.

— Эй, не парься, — снова подает голос Соф. — Не каждая может похвастаться, что ее первый поцелуй был с Финном Кейджем. Ничего же страшного не произошло.

Перед глазами черно-белой лентой проносятся события минувшей ночи: жаркое дыхание Финна на моем лице, его руки на моем теле, твердость, упирающаяся мне в живот. Это был больше, чем поцелуй, но я не смогу рассказать об этом ни одной живой душе, даже Софи.

— Я не имела права так поступать с Кимберли, — говорю вслух и заодно убеждаю в этом себя, выставляя внутренний ограничитель для собственных фантазий. — Он ее парень.

— Убудет от нее что-ли, — беспечно парирует Софи. — Она уж точно не скучала в компании своих расфуфыренных прихвостней.

Софи не славится деликатностью, у нее в жизни все просто: надо — бери. Я ее теорию не разделяю, но варясь в котле мук совести, сложно не испытать небольшое облегчение, когда подливают ковш холодной воды.

До позднего вечера мы с Соф смотрим Флэша и жуем приготовленный попкорн в ее спальне. Когда за окном темнеет, спешно начинаю собираться домой, потому что мне предстоит крутить педали еще четыре мили.

Закатив велосипед в гараж, оглядываюсь в поисках Тойоты Ким, но ее нигде нет. Зато черный Кадиллак Финна стоит небрежно припаркованным на бетонной дорожке.

Он никуда не уехал? Или, возможно, они с Кимберли вдвоем укатили на ее машине?

С колотящимся сердцем врываюсь в дом и сразу же закрываюсь в спальне. Слышу звук распахивающейся двери напротив и тяжелые шаги. Нет сомнений, Финн здесь. Ладони предательски потеют, и в горле снова становится сухо, и чтобы немного успокоиться, начинаю убеждать себя, что, скорее всего, он ничего не помнит. И эта мысль нелогично меня огорчает.

Чтобы немного охладить пылающую голову, раздеваюсь и иду в душ. Стою под ледяными струями воды, пока зубы не начинают стучать, а кожа на руках не синеет, обматываюсь полотенцем и подхожу к зеркалу: на бледном лицо яркими росчерками выделяются испуганные зеленые глаза, черные брови, на несколько тонов темнее, чем волосы, и широкий, от холода ставший фиолетовым рот.