Святой: гарпун для Акулы

— Командир, знаешь, сколько лобстер в московском кабаке стоит? спросил Николай.

— Откуда же мне знать? Вот пайка да баланда — в этом я специалистом стал. Это ты у нас ресторанный завсегдатай! — усмехнулся Святой.

— Восемьдесят баксов порция! И то места знать надо, — тоном завзятого посетителя валютных пунктов общественного питания сказал Серегин. — Их самолетами из Канады и Штатов привозят. Обкладывают льдом, засыпают в ящики и загружают в багажные отсеки «Боингов». — Он поставил полное, шевелящееся грудой клешней, усов, хвостов ведро перед Святым. — У меня была одна, в Шереметьево-2 трудилась.

— Лучше скажи, где у тебя подруг нету? — иронично спросил Рогожин, подбрасывая заранее наколотые сухие сосновые щепки в костер.

— Не поверишь, командир! Даже в морге!

Дед Павел украдкой перекрестился.

— Некрофилией увлекаешься? — продолжал донимать болтливого приятеля Святой.

— Патологоанатомом! — обиженно протянул Серегин. — Дама в годах, но от близкого общения с мертвецами старается жить, чтобы не было больно за бесцельно прожитые годы.

Чрезвычайно активна!

— Ну и бабник же ты, Колян! Умрешь от истощения.

Твоей паталогоанатомше расчленять будет нечего. Кожу и кости похоронят, а кое-что в банку со спиртом опустят. Чтоб студенткам медицинского института показывать.

— Они в обморок пачками падать будут! — торжественно заявил донжуан.

— Ох, и хвастун ты, Коляша! — расхохотался Святой, признавая свое поражение в словесном поединке с другом. — На эстраду иди выступать! Хазанова переплюнешь!

— Там тоже мафия! — авторитетно произнес Серегин. — Но это неинтересно. Лучше про Шереметьево дослушай…

Доставили, значит, лобстеров из Канады, таможенник сунулся груз проверять.

Не наглотались ли они героина! Бдительный парень был. Ступил ногой на ящик, чтобы получше лобстеров рассмотреть, — и поскользнулся. Когда падал, штаны порвал, а раки эти как на грех, проснулись. И давай клешнями чах-чах…

Николай выразительно задвигал пальцами.

— Заели парня! — выдохнул дед Павел. Как часто бывает в его возрасте, шуток старик не понимал совершенно.

— Хуже, отец! — вздохнул рассказчик. — Отсекли стражу границы детородный орган.

— Это ж как понимать?! — в ужасе вымолвил дед. — Подчистую?

— Нет.

Пенек остался! — Серегин не выдержал и расхохотался. — Ставь ведро на огонь. Расползаются твари!

Несколько самых шустрых раков, которые, видимо, подозревали о своей скорбной участи, сумели выбраться из ведра по своим менее активным собратьям. Угрожающе клацая клешнями, они пятились к воде.

Дед Павел бросился ловить беглецов, но споткнулся о корягу и растянулся на песке. Поднимая и отряхивая деда, Серегин великодушно сказал:

— Отпустим шустряков. Уважаю сильные личности! А на закуску слабаки пойдут.