Святой: гарпун для Акулы

 — Выходит, времена Штирлица прошли?

— Нет, не прошли! — Задетый иронией собеседника, генерал вновь принял неприступный вид, но правая рука, державшая стакан с кофе, предательски подрагивала. — За идею и сейчас люди жертвуют жизнью.

— Какую идею? Единой и неделимой страны? Так она уже развалилась, и я был тому свидетелем. Идею рыночной экономики? Опять же против нее сражаются разве что наш бывший приятель Фидель Кастро, маоисты в джунглях Латинской Америки и наши твердолобые коммунисты, правда, только на митингах! Нет под этим небом идей, стоящих хотя бы одной капли человеческой крови! — заключил Святой, рубанув ребром ладони по краю стола.

— Достоевский… Счастье человечества не стоит единственной слезинки, пролитой ребенком. Замечательная мысль. В теории. Ты… — он наставил на Святого указательный палец, — сам знаешь правила, по которым развивается жизнь…

Развить тему Федченко не удалось. Дверь отворилась, и кто-то невидимый вызвал его в коридор.

— Товарищ генерал! Носов прибыл, ждет вас у шефа! — услышал обрывок сказанного Святой.

Шаги в коридоре, приглушенные традиционной ковровой дорожкой — затихли.

В кабинет Федченко вернулась несимпатичная дама. Она молча сгребла грязную посуду, повернулась и буркнула, обращаясь, по-видимому, к двери:

Святой внимательно созерцал ее худосочный зад, прикрытый складками юбки, и поэтому замешкался с ответом.

Подавальщица истолковала его молчание как отказ и ушла на негнущихся ногах.

«Технично придумано — подбирать в обслуживающий персонал таких крокодилов. Никаких отвлекающих факторов на служебном месте. — Он прошелся по кабинету, чтобы размяться. — Бедолагу Серегина небось тоже мурыжат.

Фантастика! Не такой ты пропащий, Дмитрий Николаевич, раз о тебе не забывают».

Его взгляд наткнулся на два поистине исполинских фолианта. Оглянувшись, Святой достал тома с полки.

— «Милитэри пэрэйд», — прочел он вслух название первого талмуда. «Каталог рашэнск армс амио», что в переводе означает «Военное обозрение», «Каталог российского вооружения».

Второй «кирпич» был обзором военных новинок авторитетного английского журнала «Дифенс уикли».

— Поглядим! — нараспев пробормотал Святой, неся книги к столу с намерением отвлечься от бесполезных размышлений.

Как кадровый военный, он не мог пройти мимо информации о достижениях человечества в области уничтожения себе подобных. Обе книги, судя по излому корешков, открывались чаще всего в одном и том же месте — на статьях о новейшем летающем чуде конструкторской мысли. Этим чудом был самый современный вертолет, который на Западе проходил под романтической пиратской кличкой «Черная акула» — «Блэк шарк», а на родине именовался скромненько, но со вкусом — «КА-50».