Госэкзамен

Пилоты гражданские в большинстве своём состоятельные дворяне и буржуа, занимающиеся лихачеством в меру сил и фантазии, да катающие дам на пикниках. Ещё, пожалуй, немногочисленные «извозчики», купившие аэроплан на последние деньги, а то и в кредит, и занимающееся ярмарочными увеселениями публики попроще.

А у африканеров и жителей колоний, независимо от национальной принадлежности и гражданства, отношение к аэропланам пусть и не без романтических ноток, но вполне утилитарное. Рекорды дальности, полёты в сложных метеорологических условиях и тому подобные вещи как-то сами набегают, без какого-либо желания впечатлить публику.

Читаю иногда европейские газеты, с заметками о графе N, установившем очередной рекорд дальности, или совершившем полёт средь гор, и смешок сам собой пробивается. Там – рекорд, а у нас – обыденность, потому как поместье у иного африканера с четверть Бельгии, а за хозяйством присмотр нужо́н!

Благо, по какому-то выверту британской политики, в Капской колонии аэропланов и десятка не наберётся в частных руках, военных же и вовсе нет. Всё собственно британское производство под контролем военного ведомства, равно как и централизованные закупки в третьих странах.

Даже если и захочет житель колонии приобрести аэроплан на собственные средства не в Британии, купить его напрямую не так-то просто. Франция, равно как и Германия с Австрией, аэропланы враждебной стороне продавать запретили, а через посредников получается мало того, что дорого, так ещё и идиотизм собственной бюрократии вставляет палки в колёса.

Как несложно догадаться, я нисколько не расстроен тем фактом, что британцы, да и не только они, не понимают пока возможностей авиации. Это козырь, фактически даже Джокер…

«Как хорошо владеть послезнанием…» – мяукнуло подсознание.

… осталось только правильно разыграть партию. С одной стороны – противник должен пребывать в заблуждении и бродить в темноте своего невежества до самого последнего момента. С другой – надо вдолбить понимание авиации в своих.

… и как мне, чёрт возьми, соблюсти этот баланс?!

– Ладно… – говорю неведомо для кого, облизывая тут же заветрившиеся губы. А в голове всё бьётся набатом, что так – неправильно! Всё неправильно…

Дурость какая-то. С духами, жертвоприношением и воинским ристалищем. А мы – из пулемётов…

«Судьба возьмёт своё…» – вылезло из подсознания, и я глухо заматерился, в бессильной ярости выплёвывая ветру ругательства на полутора десятке языков.

– Возьмёт… – снова говорю вслух неведомо для кого. Решившись, стучу по мембране, и вытащив пробку из переговорной трубки, запрашиваю Косту.

– Как слышно? Приём…

– Слышно нормально, – не сразу отзывается грек, голос которого искажён трубой почти до полной неузнаваемости, – Приём.