Оборотень по объявлению

Тут нет ни оборудования, ни программного обеспечения…

— Все есть, — широким жестом руку Полина показала в сторону двери. — Можем хоть сейчас в этом убедиться.

Шеф вздохнул, упрямо посмотрел на старшего Суворова и продолжил:

— У сотрудников есть еще незаконченные дела…

— Я же сказала, что заплачу, — голос девушки стал значительно выше и непреклонней. Словно бы она для себя уже давно все решила, а сейчас вынуждена перед нами все разжевывать. — И Вам особенно, — выделила она, многозначительно посмотрев на моего шефа.

— Между репутацией и деньгами я всегда выберу репутацию, — чуть привстал со стула Валерий Максимович, словно старался донести свою мысль прямо в мозг девушке. И еще мне показалось, что он пытался ей что-то сказать глазами, но Полина делала вид, что не замечает его усилий.

— Патент, дядя Валера, — бросила она эти слова, как последний козырь, и шеф на глазах сжался, сдулся, присел обратно на стул, и даже с моего места я слышала, как он нервно притопывает ногой. — Вас лично из офиса никто не выдергивает, заметьте… Важно, чтобы документы были здесь, — с нажимом сказала госпожа Суворова.

В конце концов он вскочил, толком ни на кого ни глядя, и сказал:

— Мои сотрудники вправе решать каждый сам за себя! Не давите на них!

— Валер, пойдем в мой кабинет, опрокинем по стаканчику горячительного, — старший Суворов поднялся вслед за шефом и пригласил следовать за собой. Кинул на нас непонятный взгляд, словно бы не знал, что нам действительно стоит делать в этой ситуации, и вышел.

Дверь закрылась, а улыбка Полины стала еще плотоядней.

Ох уж это мое воображение!

Лично я собиралась отказываться — и от великодушной путевки, и от денег. Меня даже грело чувство, что я не поддаюсь соблазнам, в отличии от уже готовых на все ребят. При сочетании слов «много денег» в их глазах так явно читалось согласие, что мне даже было немного стыдно.

С другой стороны, я понимаю, что перспектива заработать большие деньги в такой промежуток времени только за то, чтобы сделать эту работу здесь, а не в офисе, может быть соблазнительной. Крайне соблазнительной. Даже мне в голову закралась крамольная мыслишка, что, а может…

— Никто же не откажется разбогатеть? — взяла она ребят сразу, не таясь и не заботясь о том, что просто покупает сотрудников.

Ребята согласились: кто-то охотно, кто-то немного подумал, но итог один — все продали себя за крупненькую сумму, которую не преминула озвучить госпожа Суворова.

— Лена, надеюсь, Вы не откажете мне в такой малости, а то, боюсь, ребята без вашего строгого руководства просто разбегутся, а я не справлюсь с их организацией, — «ребята» молчали, зная, что я, и правда, умею делать их жизнь сказкой, а вот сзади нас от мужчин стали раздаваться странные звуки.