Ошибка президента

Первое впечатление– хулиган побил четверых лбов, те умерли от испуга, а он погрузил их в машину и утопил. Что же это такое делается, это прямо чудеса какие-то!

– Успокойся, Шура. Можешь дело спокойно приостановить ввиду недорозыска обвиняемого и никого не искать. Кажется, я где-то об этом слышал, причем до того, как машина утонула. Я тебе потом расскажу. А сейчас, может быть, ты мне поможешь найти одного типа из Можайска…

Слава Грязнов привычным жестом повернул ключ в замке почтового ящика. Как всегда, была бесплатная газета «Экстра-М», которую он, не читая, отдавал жене на хозяйственные нужды, затем выпал конверт. Служебную почту Слава получал у себя в агентстве, значит, это было что-то личное.

Он прочел обратный адрес: Приморский край, пос. Ольга, ул. Арсеньева, 7. Грязновой 3. Н.

Письмо было адресовано Грязнову Вячеславу Ивановичу.

Слава только вздохнул.

«Конечно, волнуется тетя Зина, а что я ей отвечу», – думал он, поднимаясь по лестнице.

Несколько дней назад он с оказией передал во Владивосток письмо для тетки. Написал, что дяди в Москве сейчас нет, потому что он ездит по военным округам и налаживает там художественную самодеятельность. Выдумка была не очень удачной, но ничего другого ему в голову не пришло. Он с ужасом думал, что скажет тете Зине, если с дядюшкой что-то случится. Что случайно погиб по время репетиции? Чушь какая-то!

Придя домой, он распечатал конверт и вынул оттуда две газетные вырезки и аккуратно сложенные тетрадные листочки в клетку, исписанные круглым, явно женским почерком:

«Здравствуй, дорогой племянничек Славочка!

Письмо твое получила, спасибо. У нас все по-прежнему, погода только опять испортилась, третий день с утра туман такой, что с крыльца Белкину конуру не видать. Читаю, как ты про Гришеньку пишешь, а слезы так и катятся, очень я за него переживаю. Это хорошо, что ты написал, а то я и адрес куда-то твой задевала, теперь буду писать часто. Села было сразу отвечать, а только почта у нас не скоро заработает: аэродром совсем размок, и суда не швартуются.

А вчерась зашла к нам соседка Нюра, я ей письмо твое прочла, она и посоветовала, что ихний Володька письмо во Владик отвезет,– когда поедет. Вот теперь и пишу. Володька у Сережки-корейца шофером работает, во Владик ездит.

Еще вчера я в клуб ходила, тоже там письмо читала. Все слушали, а Борис Захарыч обижался: чего, мол, он черт-те где у вас там самодеятельность поднимает, а в Ольге сезон иикак не откроют. Это он для виду, сам небось доволен, что наш Гриша всех там подучит, слава-то про Ольгу пойдет.

Я, конечно, тоже радуюсь, да только что-то сердце у меня не на месте. Все кажется, не случилось ли там с Гришей чего. Очень я за него волнуюсь. А то в газетах пишут про разные нападения, про бандитов. Ты уж старайся, береги дядю»..