52 Гц

Вскинув голову, краем глаза заметил в другом конце зала Джеймса. Тот оглядывался, явно прикидывая, как будет пробираться через взбудораженную толпу. В руках у него был стаканчик с кофе. Майкл опустил глаза, сосредоточился на разговоре. — Ладно, у него нет страховки, но студия же может все оплатить?

— «Нью Ривер Фронтир» не будет в этом участвовать, — уверенно сказала Марго. — А остальные не могут. Контракт Шеймуса подписан с «Нью Ривер».

— Только не говори мне, что ничего нельзя сделать, — потребовал Майкл. — Если это студия облажалась с его контрактом, то она и должна отвечать.

— Он может подать на них в суд, — согласилась Марго. — Но ты сам понимаешь, чем все это кончится. Он будет судиться лет двадцать и в итоге заплатит штраф в пятьдесят тысяч за то, что кто-то не в том месте поставил галочку. Мне жаль, Майкл. Я попробую что-нибудь сделать, но…

— Хорошо, — сказал он. — Спасибо.

Он опустил телефон. Закрыл глаза, прислонился затылком к стене. Еще одна разрушенная жизнь, еще один человек, которого пережевало и выплюнуло. Он не мог с этим смириться. Беспомощность грызла его изнутри, как зародыш Чужого, прокладывая путь через внутренности.

Он должен был что-то сделать. Подключить Зака, найти адвокатов, позвонить в страховую компанию, прийти туда, в конце концов, и пусть ему в лицо скажут, что им плевать на человеческую жизнь.

— Как он? Есть новости? — спросил Джеймс, возникая рядом. Майкл открыл глаза, загнанно посмотрел на него.

— Видишь, какая суета, — он кивнул на людей, заполнявших маленький зал. Кто сидел на стульях, кто под стеной. — Его готовили к операции час назад, больше ничего не знаю.

Джеймс протянул ему кофе.

— Держи.

Я взял по дороге.

Майкл машинально взял, машинально сказал «спасибо». Обхватил пальцами теплый картонный стаканчик, прислонил к груди.

— Я попросил кинуть льда, — сказал Джеймс. — Ты же не пьешь горячее.

Майкл сначала не понял, о чем речь. Потом догадался.

Когда-то давно, дурачась и выхватывая из рук Джеймса стаканчик с кофе, он вечно обжигал то язык, то губы. В самый раз ему было только то, что Джеймс называл «ужасно остывшим». Когда они брали кофе на вынос, Джеймс пил свой сразу, а Майкл выжидал, неприязненно щурясь на горячий пар и пробуя температуру кончиком мизинца.

— Зачем ты об этом помнишь? — жалобным шепотом спросил он.

Как будто ему сегодня было мало. Он уже даже не сопротивлялся, не злился. Просто смотрел на Джеймса, подняв брови. Тот пожал плечом, будто сам смутился, посмотрел в сторону.

На другой стороне зала возникла небольшая суета, там появилась пара человек с камерой и микрофоном — местное телевидение приехало снимать репортаж о севшем на мель лайнере. Майкл глянул на них без интереса, глотнул кофе. Теплый — такой, какой надо.