Амалия. Книги 1-5

 – Я думаю, для нее это будет очень хорошая партия.

Орест пожал плечами и сбросил червонного туза.

– Если даже он сделает ей предложение, она ему откажет, – заявил он.

– Откуда ты знаешь? – обидчиво возразила Муся. И тут же с увлечением предположила: – Думаешь, Митя ей больше по сердцу? Ну уж нет, иначе бы она мне сказала.

Хлопнула дверь, и в гостиную вошла Амалия.

– Ну, что? – набросилась на нее Муся.

– В саду слишком свежо, – отрывисто объяснила девушка, бросая шаль на диван. – Что это – пасьянс?

Орест вскинул на нее зеленоватые глаза.

– Похоже, что пасьянс застрял, – сказал он беззаботно.

 – Ни туда, ни сюда.

– Дайте-ка мне попробовать, – вмешалась Амалия. – Так когда мы с тобой едем в Москву? – спросила она у Муси, переворачивая одну из карт.

– Послезавтра. – Муся надула губы. – А как… как Эжен?

– При чем тут Эжен? – осведомилась Амалия делано безразличным тоном. Но, когда она увидела, с каким жадным нетерпением Муся ждет ее ответа, девушку разобрал смех. – Я отказала, Муся, – сказала она уже серьезно.

– Кузен так и говорил! – обиженно воскликнула Муся. И до позднего вечера, когда пришло время ложиться спать, больше не было произнесено ни слова о неудачном сватовстве.

Действительно, какая-то смутная мысль, затесавшаяся в подсознание, не давала девушке покоя. Это была даже не мысль, а ощущение, какое-то неясное предчувствие. И от него веяло тревогой.

«А все из-за того, что мне наговорил противный Евгений Полонский, – в сердцах решила Амалия. – Сначала его мать заявила, что я бесприданница и у меня нет ни гроша за душой, а потом он… нет, он даже превзошел ее, надо отдать ему должное. Но что же мне делать? Конечно, я бы хотела быть богатой, но… чтобы ни от кого не зависеть.

Унизительнее этой зависимости нет ничего на свете. Но ради денег переступать через себя… я так не могу. Вот если бы на месте Евгения оказался кто-нибудь другой… тогда, может быть… Но что толку думать об этом!»

И с такой мыслью она уснула.

На другой день Амалия пробудилась довольно поздно, что не удивительно, учитывая, что полночи она провела в нелегких размышлениях. К своему стыду, завтрак барышня Тамарина тоже проспала.

На зов колокольчика явилась верная Даша. Она помогла госпоже одеться и причесаться, попутно рассказывая, как идут дела в Ясеневе.

Урожай груш нынче небывалый, никак не могут собрать. В главной оранжерее распустились какие-то диковинные цветы. Но ни груши, ни цветы Амалию не интересовали.

– Перед отъездом надо будет послать телеграмму дядюшке, чтобы встретил нас на вокзале, – напомнила она.

Даша нерешительно покосилась на нее, и Амалия заметила этот взгляд.

– Ты прости, Дашенька, что я вчера была с тобой резка, – сказала она, беря горничную за обе руки. – Просто господин граф вывел меня из себя.