Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

«Не вешать нос, гардемарины!» – напевал Сочнев под нос, спеша на остановку. И в самом деле, глядишь, все еще наладится! Будет у Софочки отдельная комната, а самому ему не придется вприпрыжку бежать за маршрутками, будет рассекать по утрам на достойной машине… Лучше всего «БМВ», конечно, седьмой серии, как у этого проходимца Лиса. Но в «Конторе» нельзя так рвать глаза начальству и сослуживцам. На первое время сойдет и «тойота-камри» или «форд-мондео»…

«Едины парус и душа…» Он удачно поймал маршрутное такси, к Управлению подъехал раньше, чем предполагал. Еще одна удача! Значит, и все остальное пройдет хорошо…

«Та-ра-ра-ра… Судьба и Родина – едины!»

Но вышло все наоборот.

– Уваров не опознал Коренева, – глядя в пол, глухо проговорил Сочнев.

Сидящий во главе стола Бобрин – дородный, вальяжный, с властным лицом и аккуратно уложенными седыми волосами, чуть заметно усмехнулся. Члены следственной группы по делу о «крестобойне» тоже смотрели на него скептически: обещания майора явно расходились с реальностью.

– Точнее, не захотел опознать! – добавил Сочнев. – Возможно, с ним уже поработали…

Он поднял голову и наткнулся на холодный взгляд полковника Бобрина.

– В том и отличие оперативной работы от следствия, – веско сказал тот, сбивая невидимую пылинку с лацкана отлично пошитого пиджака.

– Оперативник оперирует информацией и догадками, а следователь – фактами. Что свидетель не опознал Коренева – факт. А все остальное – ваши догадки. Можете быть свободным…

Сочнев вышел в коридор. Что значит «свободным»? От сегодняшнего совещания? Но он ведь член оперативно-следственной группы! Или свободным от расследования? Тогда это пинок под зад.

Унизительно и обидно!

Он вернулся в свой кабинет, подумал, глядя в окно, выходящее в угрюмый внутренний двор.

Ладно! Официально он не отстранен от расследования. Значит, имеет право запросить характеристику на Лиса. Милицейское начальство сразу насторожится, и невинный, казалось бы, запрос существенно затруднит его дальнейшую службу. Тем более, что хитроумным подполковником и так не слишком довольны…

А потом он напишет рапорт – прямо на имя генерала, приложит распечатку звонков из усадьбы Креста, потребует дать оценку деятельности милицейского подполковника…

Если нет основания посадить его в тюрьму, то уволить из органов по недоверию – просто обязаны!

В Питере была уже самая настоящая зима.

Злой ветер бросал в лица прохожим колючую снежную крупу, по стеклам плавучего ресторана стекали даже на вид холодные, замерзающие на ходу струйки. Неву сковал серо-белый панцирь, во взломанном фарватере черная вода играла ледяным крошевом. Фасад Зимнего дворца напротив то и дело терялся в мутном мареве метели.