Пока ангелы спят

– Высокая, мощная, с широкими плечами? – заинтересованно спросила журналистка.

– Да. А откуда вы ее знаете?

Девушка не ответила, только прошептала:

– Я так и думала, что она из милиции…

– Что, вы уже встречались?

Корреспондентша неопределенно пожала плечами. Она по-школьному грызла кончик авторучки. Было видно, что мысли ее витают где-то далеко от меня.

Вдруг девушка заторопилась.

Я не стал ее удерживать. Она сосредоточенно запихала в сумку блокнот, бросила туда же авторучку и направилась в прихожую. Я потащился провожать ее.

Она получила от меня все, что хотела, – все, что я знал, – однако не дала в ответ ни шиша.

– Алеша!.. Вы мне так помогли! Может, позвоните, когда вам будет удобно? Могли бы сходить куда-нибудь…

Она удержала свою руку в моей несколько дольше, чем того требует простая вежливость. Потом мило, значительно, многообещающе улыбнулась и выскользнула за дверь.

Я вернулся на кухню разочарованный и сердитый. «Вертихвостки! – подумал я обо всем женском племени. – Им лишь бы давать надежды… Иллюзорные надежды… Они таким макаром свои силы проверяют… И подпитывают их… И сети разбрасывают как можно шире – авось какой-нибудь дурачок попадется… Все они такие, даже самые юные из них… Нанизывают мужские скальпы на свои ниточки… И чего ради я убил из-за нее час с лишком?»

Я решил ни в коем случае Наталье Нарышкиной не звонить, вытащил из джинсов ее карточку и сердито швырнул на рабочий стол. Не до Наташ мне было.

Мой роман, прерванный звонком Димки, пьянкой, а потом горящими деревьями и самоездящими машинами, так и застыл на мертвой точке. Вот и сегодня: часы показывали без десяти три, а я еще ни буквы не написал.

Сердитый, я отправился на кухню чем-нибудь подкормиться, но в глазах против воли мерещилось крепкое тело Наташи, ее глубокие, умные глаза… Ноздрями я до сих пор ощущал оставшийся после нее аромат волнующих, незнакомых мне терпких духов.

После обеда я рухнул на диван в своем кабинете. Рухнул и немедленно заснул. Вот тогда мне и приснился тот самый эротический сон.

Вообще я заметил, что сновидения подобного рода отличаются странным характером – и ни Фрейд им не указ, ни Мартын Задека. Мне вообще крайне редко – практически никогда! – не являлись в подобных снах реальные (в смысле знакомые) женщины. Все больше приходили какие-то дамочки, безусловно, из плоти и крови, однако никогда не виданные мною не то что в жизни, но даже в фильмах или журналах. А если уж навещали знакомые особы, то как раз не те, к коим я испытывал чувство в реальном мире. К примеру, влюблен я был в отрочестве в кареглазую одноклассницу Z – а мне вдруг делает минет (во сне, конечно же, во сне!) сорокалетняя, толстая, усатая учительница химии Y.

Но в этот раз все случилось иначе.