Боль и сладость твоих рук

Дорога прошла в полной тишине. Ира смотрела в окно, облизывала губы и нервничала. Она совсем забыла про водителя, когда рассчитывала, что сядет в машину и сразу объяснится с Тимофеем по поводу Лори, предупредит о следах на теле. Так она смогла бы сбежать, если бы он разозлился. Но при Алексее такой разговор был немыслим, и теперь ей придется снова ссориться с ним у него дома. А что, если он рассвирипеет и слетит с катушек?

— Что с тобой, малыш? — тихо спросил Тимофей, когда они остались в лифте одни.

— Эм… я должна сказать тебе кое-что.

Его спокойный взгляд невозмутимо изучал ее лицо. После небольшой паузы он спросил с легкой улыбкой, которая показалась ей опасной:

Ее рот рефлекторно приоткрылся, а глаза изумленно распахнулись.

— Как?.. — прошептала она после паузы. Лифт с мягким рывком остановился. Тимофей жестом предложил ей выйти первой, снова улыбаясь странной угрожающей улыбкой.

— Мне рассказал Макс, — невозмутимо пояснил он уже в квартире, наклоняясь, чтобы снять обувь. — Он очень заботится о тебе, ты знаешь?

— Понятия не имела, что он вообще видел меня вчера, — честно призналась Ирина, замирая на месте от замешательства. Она автоматически сняла туфли, но не знала, что делать дальше и робко посмотрела ему в лицо, ожидая каких-то более ясных намеков: к чему он ведет?

— Мне было сказано, что если с твоей головы упадет хотя бы волос, то я не жилец, — сардонически ухмыльнулся Тимофей в ответ, тронул ее за локоть, кивнул в сторону и развернулся, пошел в гостиную, где они провели столько времени в прошлый раз.

— Я не всегда его понимаю, — призналась Ирина, послушно шагая за ним по теплому паркету, — Мне всегда казалось, Максу до меня мало дела.

Она поддерживала разговор автоматически, а сама напряженно размышляла о том, насколько сильно разгневан Тимофей. В том, что он злится, сомневаться не приходилось: доминанты терпеть не могут, когда в их отношения с нижней лезут другие домы. А тут — вмешалось, получается, целых два.

— Это не так, — мягко возразил Тимофей, опускаясь в кресло. — Но я хотел бы услышать больше об этой… Лори.

Ирина закрыла глаза, глубоко вздыхая. Ее щеки залились краской. Она стояла перед ним, почти на том же месте, где находилась в прошлый раз, когда он расстегнул брюки и велел ей начать с минета. Но даже тогда ей не было так трудно начать, как сейчас.

Пауза показалась ей получасовой. Но Тимофей терпеливо ждал ее слов и подался вперед, когда она, наконец, ответила.

— Она была моей нижней раньше. Я попросила ее поучить меня, — призналась она.

— Неужели для меня? — сузив глаза, спросил он быстро.

— Да, — чуть тише сказал Ира.

Его тон не оставлял простора для сомнений: это был сарказм.