Боль и сладость твоих рук

Саба… так странно называть так бывшую домину, не говоря уж о том, чтобы два часа кряду играть с ней, как с куклой. Но Лори не могла не признаться себе, что получила громадное удовольствие от этой сцены. Ирина быстро училась и в хорошем смысле насытила ее своим послушанием — а также тем, как послушно перенимала ее приемы.

Лори чувствовала себя так хорошо, что даже захотела поговорить с Димой. Ей казалось, что весь страх рассеялся как дым, теперь она вообще не понимала, почему бегала от него целую неделю. Надо просто найти его и попросить прощения за эту глупую выходку. А в знак примирения предложить любую сцену, какую только он захочет. Она чувствовала, что способна на все. Если уж Ирина смогла ползать у ее ног как кошка и целую вечность позировать во время ненавистной порки, то что может ей помешать доставить удовольствие своему дому?

Перед тем, как выйти из комнаты, она приняла душ, поправила прическу, капнула духов на шею и запястье, освежила макияж. "На все про все" ушло не больше четверти часа — сноровку не пропьешь, как часто шутила Ирина. Она тоже умела быстро приводить себя в порядок после каждой сцены, и они часто успевали наиграться вдоволь еще до середины ночи, уходя из клуба одними из первых. Они хорошо знали друг друга… с Ириной ей никогда не было страшно. С Димой все было иначе.

Уже на лестнице Лори поняла, что вся храбрость осталась в комнате наверху. А, ступив в зал, и вовсе застыла в ступоре: идти дальше? Или тихонько смыться в раздевалку?

Весь клуб бурлил обычным для середины ночи возбуждением. Громкая ритмичная музыка, к которой примешивались звуки хлыстов, шлепков и приглушенные стоны, мешала соображать, тяжелый запах разгоряченных надушенных тел смешивался с ароматными парами от кальяна из лаунж-зоны. Казалось, этот пар делает воздух в клубе плотным, осязаемым и мутным — или у Лори слегка мутилось в глазах от напряжения?

— Малыш? — спросил кто-то нараспев совсем рядом, и Лори повернулась — так резко, что звякнули серьги. Мастер Дав. О нет. О нет. Впервые за всю историю их знакомства один из ведущих мастеров в клубе смотрел на нее плотоядно. Началось. Она знала, что начнется, но не верила, что мастера заинтересуются ею — думала, это будут новички, которых легко отшить. Ведь мастера же знают, что она боится мужчин. Неужели любопытство пересиливает нежелание возиться со сложной сабой?

Лицо Дава со всей ясностью свидетельствовало, что — да, пересиливает.

— Поиграем, солнышно? — мягко спросил он, наслаждаясь ее смятением.

Лори почувствовала, как ускоряется сердцебиение, а щеки заливает краской смущения — и опустила ресницы.