Пешка в большой игре

В абзаце номер шесть переведённая на язык канцелярских бумаг косноязычная речь Скокаря выглядела так: «По некоторым сведениям, ответственные заказы на убийства исполняет снайпер, работающий в госбезопасности».

Верлинов обвёл этот абзац жирной чёрной линией. Предателей он ненавидел ещё больше, чем обнаглевших бандитов.

Последние резолюции вопросов у начальника секретариата не вызвали, и он немедленно передал документы исполнителям.

Вскоре его вновь вызвал генерал.

— Найдите капитана Васильева. Пусть явится ко мне.

— Есть! — Седой подполковник козырнул, чётко развернулся через левое плечо и вышел из кабинета.

Дурь и Скокарь томились теперь в одном боксе. «Сыворотка правды» не способствует улучшению самочувствия и оказывает угнетающее воздействие на психику.

— Я всё, что знал, вывалил, — тяжело шевеля языком, каялся Скокарь. — Как гнилой орех лопнул!

— И я, — вздыхал Дурь. — Чего никто не знал, сам думал — забыл, и то разболтал.

— Если бы они так на следствии и суде допрашивали, нас бы уже давно расшлёпали…

— Всех бы расшлёпали или позакрывали. Ни одного делового на воле бы не было!

— Хорошо, ментам закон запрещает…

— Нас-то раскололи! Или закон изменили, или им на него наплевать.

В армии свои законы… Особенно за шпионаж…

Внезапно и без того мрачное настроение Дуря окончательно омрачила ужасная догадка.

— А почему нас вместе посадили? До приговора должны раздельно держать!

— Может, уже вынесли? — пробурчал Скокарь. — У них это быстро…

Их внимание привлёк стук топора.

— Нагнись, я с тебя выгляну…

Скокарь нагнулся, и Дурь, взобравшись ему на спину, прильнул к мутному окошку.

— Что там? — сдавленно прошептал Скокарь.

Дурь долго не отвечал. Потом спрыгнул вниз, сплюнул и сел в угол, уткнувшись подбородком в колени.

— Узкоглазые чурки колья тешут. И на наше окно смотрят.

— Не знаю. Меня увидели — засмеялись.

Скокарь подскочил к двери, заколотил изо всех сил.

— Чего тебе? — раздалось из коридора.

— Зачем чурки колья ладят? Ржут почему?

— А-а-а, — лениво отозвался солдат. — То для вас.

— Почему для нас? — быстро спросил Скокарь.

— Да потому что вышел приказ вас, гадов, на колья посадить, — буднично пояснили из-за двери.

— Вы что, падлы! — На губах Скокаря вскипела пена. — По какому закону?

— По тому самому, вашенскому. По какому насиловать и убивать можно.

— Нет такого закона! Нет такого закона, падлы рваные! — Скокарь всем телом колотился в стальную дверь, не чувствуя боли. Он расквасил себе нос и губы, лицо было перепачкано кровью так же, как руки и рубаха.

— Адвоката давай! Давай адвоката! — исступлённо орал урка. — Я жалобу напишу! Где прокурор?!

— Командиру комендантского взвода пожалуешься. Потерпи, уже скоро.