Пешка в большой игре

Но долгая жизнь в пустыне отучила Джошуа удовлетворять чьё-то любопытство. Лучше всего прикинуться старым, потерявшим память пнём. Потому что некоторые вопросы откровенно пахли смертью. Джошуа не смог бы объяснить, как он это определил. Но когда здоровенный угрюмый лоб, назвавшийся репортёром, а три месяца спустя ещё один хмырь с бегающими глазами выспрашивали разные мелочи и подробности, он уловил излучаемую волну угрозы и почувствовал себя единственным и чрезвычайно опасным свидетелем.

Пришлось завести собак и таскать всюду с собой заряженный дробовик.

Может, это было излишним, но Джошуа руководствовался мудрым принципом, не раз спасавшим ему жизнь: если речь идёт о собственной безопасности, то лучше переоценить опасность и перестраховаться в мерах защиты.

Если бы старик знал, что здоровяк-репортёр на самом деле являлся сотрудником подотдела физических воздействий Главного разведуправления России по прозвищу Карл, он бы не посчитал, будто переоценил опасность.

Вечером к небольшому домишке Джошуа подкатил пыльный, явно взятый напрокат «Шевроле» заказчика. Джошуа передал мешок с королевской змеёй и другой, поменьше, — с двумя ящерицами семейства игуановых.

Взамен он получил триста долларов. Обе стороны остались довольны сделкой, хотя коммерцией она была только для старика, а для давнего агента КГБ СССР по прозвищу Джо — эпизодом боевой операции.

Через час на развилке дорог Джо увидел условное помаргивание фар и ответил соответствующей серией вспышек. Потом выгрузил мешки у дорожного знака и уехал. По соображениям конспирации он не должен был знать, кто забрал груз.

В течение ночи мешки перегружались ещё несколько раз.

После последнего участка пути опытные руки сделали ящерицам и змее усыпляющие инъекции, их упаковали в прочные ящики со льдом, которые, минуя таможенный, санитарный и пограничный контроль, были погружены в самолёт, вылетающий в Москву. Этим же рейсом официально следовало закупленное Министерством геологии буровое оборудование.

Когда самолёт взмыл в воздух, резидент бывшего ПГУ с облегчением перевёл дух. Медленно спадало напряжение в замкнутой на него агентурной сети, охватывающей Запад США. От «пикового» режима напряжённой работы десятки людей возвращались к привычной, размеренной жизни.

Боевая операция для них была завершена. Службе внешней разведки о проведённой акции не сообщалось. Так предписывалось в шифровке, переданной по личному каналу председателя КГБ, а резидент был достаточно опытен, чтобы не нарушать приказы подобного уровня, какие бы изменения ни происходили в далёкой России.

В Москве операция только разворачивалась. Неожиданно Верлинов столкнулся с препятствием, которого совершенно не предвидел.