Пешка в большой игре

Временами мелькала мысль о самоубийстве, но как-то вяло: человек легко приспосабливается к обстоятельствам и всегда надеется на чудо. И чудо произошло.

Клячкин отошёл от витрины. Свалившиеся с неба деньги могли изменить его жизнь, с их же помощью можно уцелеть, запутав следы и спрятавшись от неминуемых преследователей.

Но чтобы тратить пятидесятитысячные купюры без риска попасть в милицию или морг, надо иметь респектабельный вид. А чтобы приобрести такой вид, надо потратить хотя бы несколько купюр.

Разорвать этот порочный круг можно только одним способом — поднимаясь со ступеньки на ступеньку.

Нащупав в кармане несколько сотенных бумажек, которые накануне «настрелял» у метро, Клячкин вошёл в платный туалет. Здесь он побрился, вымыл лицо, шею и руки, затем заперся в кабинке и приблизительно оценил своё богатство. Сумма потрясла Клячкина настолько, что у него закружилась голова.

В то время, когда Седой собирал по тревоге своих бойцов, а Клык — своих, капитана Якимова раздевали в морге, а капитан Васильев писал рапорт для служебного расследования, в то время как Клячкин считал общаковые деньги, за кражу которых и у старых воров, и у новых гангстеров существует только одно наказание, Александр Каймаков у себя на работе рассказывал о приключившихся с ним событиях.

В тесной комнатке отдела социологических исследований было жарко. Наверное, поэтому у единственного слушателя и близкого товарища Каймакова — Димки Левина выступили на лбу крупные капли пота. Он слушал внимательно, не перебивал и, чуть приоткрыв рот, теребил пальцами пухлую нижнюю губу.

— Не врёшь? Всё так и было? — озабоченно спросил он, когда приятель замолчал и полез в продранный «дипломат», но тут Каймаков со стуком выложил перед ним вещественные доказательства своей истории.

— Ну дела-а-а, — протянул Левин и, спрятал руки за спину, подальше от зловещих предметов. — Но мыло, выходит, ни при чём! Раз твои, гм, знакомые не имеют ко всему этому отношения!

— Не знаю, — сказал Каймаков, тупо глядя перед собой. — У меня уже ум за разум заходит. Раньше ведь ничего этого не было… А сейчас, чувствую, варится вокруг какая-то каша…

Левин задумался, промокая платочком вспотевший лоб.

— Идея! — вдруг оживился он. — Позвони Юркину. Если это из-за публикации, то в первую, очередь шумиха должна подняться у них. И выходить на тебя должны были через них!

Каймаков набрал номер.

— Слушаю вас со вниманием, — ответил молодой голос, тембр которого давал понять, что человек знает себе цену.

Каймаков поздоровался и назвался.

— Успех, старик, полный успех, — обрадованно сообщила трубка. — Я даже не ожидал! Материал перепечатали «Таймс» и «Обсервер», правда, с какими-то комментариями, не знаю, ещё не получил.