Пешка в большой игре

Если бы житель ближайшего населённого пункта — посёлка Мукры подошёл к лагерю «искателей воды», он подумал бы, что снимается кино: буровая установка с иностранными надписями, потрёпанный «Додж» с номерами штата Калифорния, два человека — высокий рыжий европеец и сухощавый азиат в явно ненашенском облачении: ярко-оранжевых касках и синих полукомбинезонах — центральные фигуры происходящего, именно вокруг них суетились то ли ассистенты режиссёра, то ли операторы. Единственное, что не вписывалось в версию киносъёмки, — отсутствие кинокамер и большой отряд охраны, по численности почти вдвое превосходящий основную группу.

Бойцы в камуфляжных спецкомплектах «Пустыня-92» кольцом окружили лагерь, контролируя подходы к нему. Сами они оставались практически незаметны даже с десятка метров, но у аборигенов не было никаких шансов увидеть происходящее возле буровой установки.

— Так тоже не пойдёт. — Богосов устало оторвался от блестящего цилиндрика, окуляр которого имитировал видоискатель видеокамеры. — Саксаул в кадре, а его никак не спутаешь с креозотовым кустарником.

— Можно вырубить, — сказал Васильев.

Он был в светлом пустынном камуфляже, на голове широкополая шляпа с пробковой прокладкой и вентиляционными отверстиями, тёмные очки, лицо успело обгореть. Пистолет он носил скрытно, под комбинезоном, карман над коленом оттягивала граната.

Богосов покачал головой.

— Там ещё характерный рельеф.

В задачу специалиста инсценировок входило не допустить в кадр ни одного идентификационного признака. Угол падения тени, приметный бархан или такыр, промелькнувшая кобра могли выдать подлинное время и место действия.

Поэтому Богосов работал очень кропотливо.

До вылета он замучил рыжего «геолога» расспросами о приметах и характерных особенностях «Доджа», типе шин, одежде, погоде в этот сезон. Уже два дня инсценировщик не мог подобрать безупречную композицию.

Бывший нелегал начал нервничать и сменил излюбленный напиток. Всю дорогу и первый день он пил только чай.

— Передвинем буровую на семь метров вправо, а снимать будем отсюда, тогда нормально! — крикнул помощник Богосова, и тот направился апробировать своим окуляром новую точку.

«Иван Петрович Иванов» прошёл в палатку, достал из аккумуляторного холодильника бутылку, плеснул в пластиковый стакан и быстро выпил.

Гипнотизёр Верлинова за несколько дней привёл его в норму, он спокойно перенёс перелёт и суточное продвижение через территории трёх республик. Внезапно вновь накатила мутная волна страха и душевных переживаний. Он знал: всему виной возвращение туда, куда возвращаться нельзя. Ведь то, что остальным казалось инсценировочной площадкой, для него являлось куском прошлой жизни.

Это его машина стояла неподалёку от буровой.