Пешка в большой игре

К третьему вопросу Государственная дума приступила после обеда. Костолицый депутат с растрёпанными кустистыми бровями — председатель комиссии — основательно расположился на трибуне, водрузил на нос очки с дымчатыми стёклами и хорошо поставленным голосом начал оглашать стопку машинописных листов отчёта:

— Поводом к проведению специального расследования послужили неоднократные выступления в отечественной и зарубежной печати, депутатские запросы и обращения граждан…

Верлинов сел в служебный автомобиль и поехал на полигон одиннадцатого отдела, располагавший взлётно-посадочной полосой, позволяющей принимать и отправлять почти все типы самолётов.

Телохранители перегрузили в арендованный «Як-40» две брезентовые сумки армейского образца, генерал крепко пожал каждому руку.

— Когда вас встречать, Валерий Антонович? — спросил старший группы охраны.

Верлинов молча смотрел ему в глаза, и было во взгляде генерала нечто такое, что вызвало в душе главного телохранителя смутную тревогу.

— Я сообщу, Виталий, — тихо сказал он наконец. И, прокашлявшись, повторил уже громче и увереннее: — Я обязательно сообщу.

Ступив на трап, генерал обернулся.

— Будьте ближе к моим, пока я в отъезде.

Телохранители пронаблюдали, как самолёт взлетел, развернулся и взял курс на юг. Серебристый силуэтик хорошо выделялся на фоне голубого весеннего неба.

— …Проверкой опубликованных в печати сообщений бывшего военнослужащего срочной службы Борули установлено, что, согласно документам, он служил в войсковой части 9210, но на самом деле проходил службу в подразделении 0087, принадлежащем одиннадцатому отделу бывшего КГБ СССР…

Докладчик на миг оторвался от бумаг и оглядел настороженно слушающих депутатов. В ложе правительства заместитель министра обороны шептал что-то незнакомому генералу. Оба улыбались.

— Операция «Бумеранг» проведена блестяще, — говорил замминистра. — Всех причастных представьте к поощрению.

Незнакомый председателю комиссии генерал являлся заместителем начальника Главного разведывательного управления.

— Списки уже подготовлены, — уважительно доложил он. — Но Верлинов — крепкий орешек. Теперь надо выдержать откатную волну. Главный свидетель под круглосуточной охраной, ему установлена пенсия. Доволен!

— А этот… Социолог или кто он там… Который писал… Он под контролем?

— Конечно. Ведь они с Борулей идут в одной связке. Он… вспомнил: Каймаков — железная подпорка для главного свидетеля!

Внезапный отъезд генерала насторожил Дронова. Когда он узнал, что Верлинов улетел в неизвестном направлении, подозрения усилились ещё больше.

Подполковник вызвал к себе Межуева и, ожидая майора, анализировал сложившуюся ситуацию.