План битвы

А потом мы собираемся у стола и вкушаем добытого кабана, пожаренного на углях Петром и Вячеславом. Медовуха течёт рекой угрожая обездвижить в скором будущем всю компанию. Кроме меня, естественно. И я пользуюсь возможностью двигаться, чтобы наснимать ещё фоток на плёнку с высокой чувствительностью.

Мы сидим снаружи, перед домом, и превращаемся во что-то гораздо большее, чем просто кучка знакомых людей.

— Ну, за боевое братство! — провозглашает тост Скударнов, и получается у него это вполне в духе Булдакова.

А потом все пьют за дружбу, за мою первую охоту, за удачный выстрел Леонидыча, за здоровье Леонида Ильича и за мир во всём мире.

Я тоже поднимаю чарку, чуть пригубляя, и в сотый раз живописую последние минуты жизни нашего кабана, чуть преувеличивая, как заправский и опытный охотник и по-доброму подшучивая над Жорой.

Я называю его высоким блондином в чёрном ботинке и даже одноногим Сильвером, но не забываю упомянуть и о том, что именно его точный выстрел избавил меня от смертельной опасности. Жора хвалит меня за быстрое и смелое решение, а Платоныч вручает ему клыки сегодняшнего дикого вепря.

Утром мы поднимаемся пораньше, и грузимся в «Урал».

В Успенке пересаживаемся в «шестёрку» и двигаем в город. Наши новые друзья выражают желание задержаться на денёк, и Платоныч везёт их в свою ведомственную гостиницу, представляющую собой несколько квартир в сталинском доме на Советском, рядом с клубом ГРЭС.

Это в пяти минутах от «Лакомки» и почти столько же от Облпотребсоюза. Документы здесь показывать не надо, так что Жора сохраняет инкогнито. Впрочем, он на этом уже не настаивает и лететь планирует от нас, без дополнительных финтов. Экспедиция почти закончена, теперь можно и не скрываться.

Перед тем, как разместиться, мы заезжаем на работу к дяде Юре, и он делает необходимые распоряжения по размещению гостей и даже посылает к ним кухарку, хотя на поздний обед мы уже договорились пойти в «Солнечный».

— На всякий случай, вдруг проголодаетесь.

Мы завозим гостей в их роскошную квартиру, предназначенную для больших шишек из столицы, и сами тоже едем по домам. Нужно переодеться, немного прийти в себя и собираться на обед.

Я захожу домой и заношу большой полиэтиленовый мешок, в котором лежит моя часть добычи.

Радж поприветствовав меня утыкается носом в этот мешок и шерсть на его загривке встаёт дыбом.

Я перекладываю один кусок мяса в другой мешок, быстро принимаю душ, переодеваюсь и уже собираюсь выскочить из дома, как раздаётся звонок. Это Баранов.

— Егор, здорово. Слушай, тут дело такое… Можем сегодня рассчитаться? По Печкину у меня прям всё готово.

— Утром стулья, вечером деньги. Что за спешка? Я сейчас уходить собираюсь.

— Да ёлки… Мне тут срочно деньги внести надо, а то тазом накроется.