Снайпер

Бухх! Снаряд и сноп искр из пушки идущего вторым танка вырвались с чудовищным грохотом. Где-то под нами вздрогнула стена, посыпалась кирпичная крошка. От вибрации клацнули зубы.

Мы с казахом устроились в очередных руинах: от того, что когда-то было домом, остались одни стены, да и те едва держались. Город почти весь разрушен, немцы лезут как тараканы, откуда их столько? Иногда кажется, что наших здесь больше нет – кругом фрицы. До абсурда доходит. Вчера лежали с Муратом на позиции часа четыре. Постреливаем понемногу, глядь – крадутся наши, по ним вдруг – залп из нескольких стволов, а противника не видно.

Откуда стреляют – непонятно. Когда пригляделись к фонтанчикам на земле, то охренели малость. Оказалось – фрицы у нас за стенкой сидели, в другом подъезде. Стена глухая, им к нам не пройти, но и нам – аналогично. Зимин нашел дырку этажом выше, в темноте перебрались к немчуре и закидали гранатами. Их там всего десяток был, но зато – с пулеметом.

Шла вторая половина октября, бои в городе продолжаются, немец вязнет все сильнее. Мы постоянно то тут, то там. То берем ВСК и пытаемся жечь БТРы и портить танки, то из бесшумок гасим пехоту, офицеров, связистов.

Даже по самолету стреляли, только никто не попал. Держим мост, по причине невозможности собрать перед ним что-то посерьезней. Немцы, видя наши танки – а их становится все больше – или отходят, или вызывают люфтваффе. Последние вообще охренели – охотятся даже за одиночными бойцами. Командование специально не сводило к этому, пока еще целому, мосту более серьезные силы – уж больно место здесь подходящее: немцам не развернуться, а мы имеем возможность их жечь. Тяжко, конечно, приходится, а что делать?

Мой арест месячной давности окончился через два часа после начала.

Людей и так нет, а Истомин решил власть показать. Нет, виноватым я себя чувствовал, этого не отнять – приказ нарушил. Но ведь не просто так, а Истомин потом пояснил, когда выпускать пришел:

– Чтобы не думал, что тебе все позволено!

Манштейн на этот раз полез с юга – с севера у немчуры не вышло, встали недалеко от берега. Выйти к реке фрицы не смогли нигде. Может, силенок не хватает, а может – просто людей берегут.

Второй танк противника из группы, вылезшей прямо на нас на этой улице, тоже разгорался.

По позициям артиллеристов вели огонь только два последних «Тигра», остальные были уже слишком близко. От первого же попадания заткнулось одно орудие, накрыли видимо.

– Серег, ни хрена мы им этими пукалками не сделаем! – вывод, и правда, железный. Мурат выстрелил очередной раз и стал перезаряжать винтовку.

– Да уж, нам бы к ним с тыла. В корму-то они хорошо дырявятся, – проведя рукой по лбу, заметил я. Хотя нужно попробовать. Поймав в прицел узкую смотровую щель механика-водителя, нажал на спуск.