Снайпер

– Мурат, я из «тихой» начинаю, а ты пока за танками посмотри, – указав казаху на его «весло», я приник к прицелу. Фрицы тем временем сменили тактику, так как оставшееся целым орудие, молчавшее некоторое время, снова начало стрелять. Гансы, под прикрытием пулеметов, подобрались довольно близко и захотели выжечь подвал из огнеметов. О, как мне понравилось по ним стрелять. Имел такое удовольствие пару раз, хорошо горят – весело. Да, я садист, и мне это нравится все больше.

– Мурат, давай «зажигалкой», – не поворачиваясь, произнес я. У меня к бесшумке были только разрывные патроны.

Бронебойные кончились, а новых пока не дали.

Казах выстрелил – одного, как обычно, хватило. Фриц, таскавший за спиной баллон со смесью, вспыхнул как спичка. Крику было, аж тошно стало. Еще, до кучи, прихватил с собой пару автоматчиков – на них брызнуло горящей смесью.

Вражеская пехота полезла резвее – видимо, их подталкивали командиры, заставляя скорее взять мост. Я достреливал уже второй магазин, как за ногу меня кто-то потряс.

– Командир, я тебе тут пару магазинов снарядил, – услышал я голос Толяна.

– Ты чего тут делаешь? – с удивлением спросил я, обернувшись.

– Саня приказал вам помочь. Давай пустые, снаряжу и полезу обратно, – Толя протянул мне заполненные патронами магазины к винтовке.

– Держи. Можешь и Мурату помочь – у него тоже кончаются, а потом вали вниз. Зимину передай, чтобы глядел в оба. Фрицы поймут, рано или поздно, что в лоб не пройти – надо успеть сменить позиции.

Через четверть часа нам поплохело, рвать когти пришлось всем сразу. Мы с казахом задержались минуты на две – прикрывали отход пушкарей. Конечно, без орудия – как такую дуру под огнем вынесешь?

Пикировщики немцы использовали редко – слишком короткие дистанции были между противниками, а вот артиллерию, причем тяжелую, практиковали.

Вот и сейчас, когда рухнула, подняв столб пыли до неба, стена дома слева от нас, мы быстренько «навострили лыжи». Дом рухнул, погребая под своими руинами расчет орудия, уничтоженного немецкими танками. Приходилось видеть уже такое – обстрел из огромных минометов, установленных на железнодорожных платформах. Там калибр такой, что сносит дома целиком. Страшно? Конечно, страшно, сами чуть в штаны не накидали. Благо, из-за поднявшейся пыли работа корректировщиков была затруднена, и мы, воспользовавшись этим, со всех ног бросились удирать. И так уже задержались – наши успели подтянуть ближе несколько танков. Когда немцы пойдут через мост, их на нем и похоронят. Мы свое дело выполнили, фрицев настреляли множество – ведь практически каждый выстрел – чья-то жизнь. Это не из автомата от пуза шмалять. Как говорил снайпер в одном пиндосском фильме: «Один выстрел, один труп!» Это, конечно, в идеале.