Стилет для «Тайфуна»

Темп наступления армии Ершакова сдерживался маршевыми возможностями стрелковых дивизий 2-й ударной и 59-й армий, выстраивавших на левом фланге его армии оборону фронтом на юго-запад.

Накал паники в штабе группы «Север» достиг пика.

Вызов в штаб армии Ремизов воспринял со скрытой радостью и надеждой. Армия уже четвертые сутки наступала, а его бригада приняла участие всего лишь в одном бою – обеспечила выход дивизий из узости болот. Сам комбриг участия в той атаке не принимал, хотя аж до зуда в руках хотелось. Но! Присутствовавший на КП бригады при этой атаке командарм пресек это желание.

– Ты, Федор Тимофеевич, комбриг! А не простой танкист. И никто не знает, как пойдет дело, если что с тобой случится. А я должен быть уверен в успехе.

– Да я, товарищ командующий!.. Да, у меня начальник штаба…

– Знаю! – прервал его Ершаков. – Знаю, что у тебя начальник штаба грамотный. Знаю, что до сих пор у тебя все получалось. Однако говорили мне, что в тот день, когда ты встретился с подразделением 5-й армии под Туманово, по твоему танку стреляли. И не один раз!

– Да что там стреляли! Сорокапятимиллиметровка! Смех один для моего ИСа. Только краску поцарапали.

– Молчи! И слушай меня внимательно! Есть такой комбриг – Катуков. Кстати, поудачливее тебя будет. И был у него танкист – старший лейтенант Лавриненко. За два месяца боев – почти шесть десятков сожженных немецких танков. На простой, заметь, «тридцатьчетверке»! Так вот, погиб этот старший лейтенант при следующих обстоятельствах – шел в штаб, разрыв шального снаряда и ма-а-аленький осколочек в висок. И все! Нет больше танкового аса Лавриненко!

– Согласен, судьба. Но дергать ее за хвост не нужно. Мы с тобой, Федор Тимофеевич, из-под Вязьмы вместе, и менять своих комбригов я не хочу. Запомни это!

– Слушаюсь! – скрепя сердце вынужден был ответить Ремизов.

Сейчас же комбриг нутром чувствовал – будет дело! В штабе оказались все командиры частей армейского резерва.

«Ого! Видно, что-то серьезное, раз всех собрали», – заключил Ремизов.

Ершаков, дождавшись прибытия последних, поднялся из-за стола.

– Товарищи командиры! Здравствуйте! Добрый день говорить не хочется – нет оснований. Итак! Довожу до вас обстановку.

Противник силами, по приблизительной оценке, в одну танковую, две моторизованных и три пехотных дивизии сегодня утром нанес контрудар. Вот здесь! – командарм мазанул кончиком карандаша по лежащей на столе карте. – Под основание нашего клина, вдоль Волхова на север. Стрелковая дивизия 59-й армии, прикрывавшая фланг плацдарма на этом участке, рассеяна и как соединение уже не существует. Фронт на этом направлении рухнул, и противник развивает свое наступление по левому берегу реки. Нами уже потерян железнодорожный мост, и сейчас идет бой за мост в Грузино.