Афганский гладиатор

У нас сейчас 7 часов. ... Ничего, ничего, мы с мамой давно на ногах! Почему так рано? Так дела делать надо! Что? ... Все хорошо! Не волнуйся и не переживай, она у меня добрая, как ты! Хорошо... да, конечно, звони. Можно в это время, можно... хотя вечером для тебя будет поздно. Что? От тети Лизы, а у них разве есть телефон? ... Конечно, звони. Я оплачу все расходы. Да! Да, люблю и скучаю! ... Тань?! Сказал же, все будет в порядке! И с мамой все нормально. Ну чего ты еще из-за этого так переживаешь? Да... хорошо. До свидания. Целую!

Александр положил трубку:

– Переживает Татьяна.

Боится, не признаешь ее! Все расспрашивала, как ты отнеслась к знакомству с ней, к тому, что у нее ребенок, что она живет одна, даже то, что не из богатой семьи. Ну, а ответы мои ты слышала!

Антонина Сергеевна проговорила:

– Мог бы и поласковей быть! А то заладил свое армейское – все по плану, все нормально, звони, до свидания, целую. Дочь куклу попросила привезти?

– А ты хорошо узнал, какую именно куклу хочет Оля?

– Это тебе никакой, а ребенку большая. Сегодня же узнай, что за куклу ей привезти.

Александр взглянул на мать:

– Послушайте, уважаемая Антонина Сергеевна.

А вам не кажется, что вы стали проявлять повышенный интерес к моей личной жизни? И к Татьяне с Олей? Не вы ли еще ночью сильно сомневались в правильности выбора, сделанного сыном, а?

– Эх, Саша, хоть и дослужил ты до капитана, а все мальчишка мальчишкой. Разве твоя семья может не быть моей? Все учить тебя надо!

– Вот этого не надо. Меня учить – только портить!

– Смотри, какое самомнение! С чего бы это у тылового офицера?

– Ты права! У тылового офицера собственного мнения быть не может.

– Хватит! Дай-ка телефон, подруге позвоню!

Александр передал матери телефонный аппарат.

Разговаривала Антонина Сергеевна недолго. Положила трубку, поднялась, поставила телефон на тумбочку, повернулась к сыну:

– Теперь, Саша, слушай меня внимательно!

– Есть, мой генерал!

– Не паясничай, а слушай! Бери документы и иди в районный суд. Там спросишь Старостину Ольгу Анатольевну. Это и есть дочь моей подруги, судья. Она скажет, что делать. Не забудь деньги, там пошлины какие-то платить придется. И поскромней. Все же судья перед тобой будет, а не школьная подружка.

– Я все понял, мама!

Он попытался дозвониться до Алевтины, но та не ответила.

Тимохин пошел в районный суд.

Судья оказалась женщиной молодой, симпатичной и строгой. Впрочем, эта строгость была какой-то неестественной, словно Старостина брала ее на работу вместе с портфелем.

Александр вошел в ее кабинет:

– Здравствуйте, Ольга Анатольевна. Разрешите представиться, капитан Советской армии Александр Александрович Тимохин.

– Здравствуйте. Присаживайтесь.

Она сказала это, перекладывая какие-то листы, даже не взглянув на посетителя.