Почти 15 лет

 — Тебя что, не учили, что нельзя бить людей?

Он снова хотел сказать про «лошадь», но учительница хмурилась и говорила:

— Нельзя никого бить! Конфликты должны решаться словами, а не кулаками! Нужно было рассказать маме или мне, а не бить, понял?

Славик растерянно оглянулся, в поисках мамы, но та стояла в самом последнем, «родительском» ряду, и не видела драмы, разворачивающейся среди первоклассников. Вовка смотрел, как отчитывают несчастного малыша, и хихикал.

— Просто он назвал мою сестру лошадью, — наконец сказал Славик, зло поглядывая на первоклассника.

— И что? Надо было его бить? С этого всё и начинается. Хочешь потом тоже вырасти хулиганом и обижать девочек?

— Тогда больше так не делай! — они пригрозила ему пальцем и отпустила.

Славику сделалось так стыдно, что уши заложило. Он прижался к сестре, пытаясь спрятаться за ней от своего позора, а учительница переключилась на Вовку:

— А ты, Фартов, чего смеешься! Я с тобой в кабинете поговорю!

До конца линейки Славик не отпускал Юлину руку, стоял, пристыженный и притихший, и слушал, как на фоне из динамиков играет песня:

Шутка про скобки и лошадь жила в Юлином классе ещё пару дней, а потом забылась.

Зато Славе запомнилось на всю жизнь: как обидно и несправедливо, когда обижают твою сестру, и как стыдно, что он ударил Вову Фартова.

Поэтому, когда уже повзрослевший Славик пошёл на свою первую линейку в школе, он не повторил ошибок прошлого, и уладил конфликт мирным путём.

А конфликт был почти таким же: его будущие одноклассники, сразу четыре человека, смеялись над девочкой из параллельного класса. Как потом Слава узнает про Милану, она станет профессиональной гимнасткой и призёром спортивных игр, но тогда она была просто девочкой-спичкой с зализанными волосами, собранными в пучок на затылке.

Мальчики дразнили её «страшной скелетшей».

Мальчикам, конечно, это не понравилось. Перестав хихикать над Миланой, они уставились на Славу, и один из них, блондин с веснушками, хмуро сообщил:

— А тебя вообще-то никто не спрашивал.

Славик сообщил ему в ответ:

— Когда другого человека обижают, можно и просто так вмешаться. Без спросу.

— Да, он, наверное, в неё втюрился, — пискляво хихикнул самый низенький.

 — Жених и невеста!

— Тили-тили-тесто! — издевательски подхватили остальные.

Славик растерянно улыбнулся:

— А почему плохо, если втюрился в кого-то?

— Ты не в кого-то, ты в скелетшу! — пояснил писклявый.

— Она что, хуже других?

— Ну да! — почти хором ответили они.

Славик искренне не понимал, что в этом такого, потому и спрашивал, а они думали, что он издевается и злились. В конце концов, один из них сказал: «Да всё, забейте, он тупой» и они разбрелись в разные стороны.