Багровые ковыли

А я кто? Пан?

Он показал корявые, задубевшие, мозолистые руки.

– Все одно с голоду подыхать.

– Ну вот, ты сидишь в плавнях, а семье легче от этого?

– Может, будет легче… А так или ваши мобилизуют, или белые, или Махно – все равно убьют. Совсем худо получится.

Собственно, этот дядька мало интересовал Павла. Обычный селянин. Если такого натравить да оружие дать – пойдет бить красных. От злобы. Но может пойти и белых бить. Сырой материал.

Кольцову не терпелось поговорить с Колодубом. Как и зачем он оказался здесь, под Бериславом? Он допросил второго обитателя плавней и лишь потом приказал ввести последнего.

Петро попросил развязать руки, чтобы достать кисет и бумагу. Истосковался по куреву.

– Не могу, – сказал Павел. – С тобой я должен вести ceбя, как со всеми. Еще покуришь, потерпи.

– Перед смертью, что ль?

– Ну помереть я тебе, положим, не дам. Нужный ты человек, Петро. А где Задов?

– Меня Лева послал поперед себя. Сам он пока не может. Батька не отпускает. Нога у батьки все хуже и хуже, хвилюется он, переживает, шо инвалидом сделается.

– И что же? Не можете привезти батьке хорошего хирурга?

– Гнидоту всякую привозили.

Больше – знахарей. А хорошего не получается. Бо хороших власти доглядают. Без их дозволения не увезешь.

– Это плохо, что Задова здесь нет. Дела тут сложные. А ну как ваши выступят в поддержку Врангеля?.. А насчет хирурга вот мой совет. Надо вам передать письмо Манцеву. Попросите его помочь батьке. И для переговоров будет повод.

Колодуб кивнул соглашаясь. Потом сказал:

– Я так думаю, шо Лева скоро тут объявится. А без его дозволения хлопцы хоть и бузят, но не выступят. Тут такой оборот получается: ваши вот-вот схватятся с Врангелем, а наши, как я сейчас понял, воевать не очень хочут.

Ни за ваших, ни против. У наших батек сильная охота красные тылы почистить, склады. Амуницию всякую. То есть, как бы сказать, маленько большевиков выпотрошить. Как рыбешку.

– И получится то, что я тебе еще в Харькове обещал. Весь наш уговор, все наше перемирие пойдет коту под хвост.

– Лева тоже об этом сильно беспокоится. Бо получится прямая помощь Врангелю. Какие после этого переговоры?

– А к Врангелю они как относятся, эти самые ваши батьки?

– По-разному. Володин вроде за белых. Видишь ты, Врангель землю обещал утвердить, ту, что селяне у панов забрали.

Опять же, с той стороны, от белых, оружие идет, кое-какое другое добро. Вроде поумнели кадеты… Ну а Гнилозуб колышется, как камыш на ветру: то в ту сторону, то – в другую. А этот Задувало-Гроссфаухен, он вообще непонятный. Батька у него колонист, мамка – хохлушка. Редкая птица. В общем, большевиков, скажу тебе по секрету, все не любят за ихнее отношение к селянству. И выходит, я посланный вроде бы как наркомом иностранных дел. И тебе доложить, что договор пока соблюдаем.