Крысиные гонки

Тут бы они точно не пригодились! — Владимир покрутил в руке помятый цилиндр фонаря, со смятым вконец раструбом рефлектора.

— Здорово ты им там навешал!

— Я сначала газом, — но неудачно. А потом… ну, ты видел. Правда, ничо вышло??

— Ну, спрашиваешь! Для девчонок ты теперь герой-спаситель.

— Уверен. Чо тут и думать. Вообще, конечно, идея с этим «танцзалом» была не лучшая. Засветка и всё такое. Нафига было столько рекламы-то? Ну раз прогнали этих… ты прогнал. Ну два прогоним. А потом? Не, это они зря.

— Чо сразу им не сказал?

— А они спрашивали? Объявили по факту и всё… Зато с Гулькой…

— Нормально.

Только, кажись, Вадим вызверился, и теперь её стеречь будет…

— Не, удачно сегодня… потанцевали!

Последствия произошедшего на «танцевальном вечере» не заставили себя долго ждать. Уже через день в Озерье приехал с очередной инспекцией Уполномоченный Громосеев.

Был полдень, Борис Андреевич, сидя с Морожиным в сенях, в теньке, играл с Костькой в шахматы. Жужжали мухи, запутавшись с нечистой и порядком драной тюлевой занавеске на окне. Колыхалась занавеска на приоткрытой двери.

Помощник Уполномоченного («староста», как его стали называть за глаза) развалился на старом продавленном диванчике; Морожин горбился над доской со старыми потертыми, деревянными ещё шахматными фигурками, стоявшей на табурете, сам сидя на высоком сундуке.

Он традиционно проигрывал, чему способствовала и литровая банка с мутной бражкой, холодной, из бабкиного погреба, к которой он раз за разом прикладывался. Борис Андреич предпочитал холодный же компот. Жена с бабкой, задрав зады, копались в огороде; дочка играла где-то на улице. Было тихо и приятно, тянуло пофилософствовать; тем более что Морожин уже явно проигрывал:

— Эх, Костя-Костя… Ну вот зачем ты ладью туда подвинул? Ведь подставляешься… Ну, пешку съел.

Так я зато получил стратегическое преимущество. Стра-те-ги-ческое, это ты понимаешь? Вырвался, так сказать, на стратегический простор… И сейчас тебя додавлю… А пешка — это фигня, пешка. Зато я тебя сейчас… вот. Сиди, думай.

Он отхлебнул прохладного компота и продолжал, откинувшись, глядя в макушку склонившегося над доской Морожина:

— Это ерунда, шахматы-то… Прошлый, даже поза-поза-прошлый век, развлечение отсталых магараджей… Преданье старины глубокой.

Вот стратегические игры в интернете, да с онлайн-противником — это да! Тот же Варкрафт. И знаешь почему, Костя?

— Почему? — буркнул вопросительно, не поднимая головы от доски, Костька, и тоже отхлебнул — бражки.

— Потому, Костя, что степеней свободы у фигур, то есть у персонажей, больше. Могут так — могут эдак. Могут вместе, могут по-отдельности. Не как в шахматах — одна фигура за один ход и только так… А там — фактор времени ещё приходится учитывать. Вот ты сидишь, думаешь.