Плохая

Его теплые длинные пальцы сомкнулись на моем лице, но намного сильнее держал его взгляд-цепкий, расчетливый, жестокий.

— Ты тоже плохая, Алёна… И мой сын тоже не видит твоей сути. И мне это не нравится. Даниэль- моё всё. Я слишком много в него вложил, слишком много ему дал, чтобы он сгорел из-за чужой, ненужной шлюхи…

— Вы говорите, как свой отец…

— Правильно. Сейчас, по прошествии стольких лет я понимаю, что мой отец был прав… И я действительно мог бы простить ей всё, только не измену с ним… Та история и правда спасла меня…

— В чем мой резон, Мистер Ламун, помогать Вам? Может быть, Вам все же легче убить меня? Ведь в сухом остатке быстрая смерть с пулей в голову легче, чем заточение в психушку и доведение до самоубийства…

— Я не хочу тебя убивать, Алёна. Он не простит мне это.

— А измену со мной простит? Вы ведь к этому ведете, — продолжала я давить.

— Может и не простит. Может даже поступит так, как я поступил в свое время. Знаешь, я готов взять на себя этот риск. Просто твое убийство его окончательно сломает. Сложнее всего конкурировать с мертвыми, они всегда обретают лик святости в глазах тех, кто остался. А вот показать твою сущность- вполне себе просто и действенно… Такие, как я, мыслят не категориями личного, Алёна. Мы люди государства. Даниэль- мой наследник. И мой долг- сделать его сильным наследником, неуязвимым. Если для этого придется чем- то жертвовать, в том числе и собой, я готов на эту жертву… В конце концов, в этом и есть смысл преемственности.

— Хорошо, Вашу логику я поняла. Но повторяю, в чем мой резон? Даниэль дает мне защиту. Зачем мне копать себе могилу?

— Это верно. Даниэль в состоянии дать тебе защиту. Вот только кто может дать тебе защиту от него? Пожалуй, только тот, кто так же силен либо сильнее. Али? Возможно, только Али это не нужно… Есть у тебя сейчас на примете другая жертва среди твоих любовников, кто готов бы был за тебя вписаться? Не забывай, мой Дани безбашенный… Мало кто способен пойти против него… Мало кто осмелится.

Я прикрыла глаза, вспоминая труп, упавший к моим ногам, в туалете ночного клуба… Вспоминая хладнокровность Даниэля в этот момент… Вспоминая сломанные пальцы охранника у Удава, да и самого Удава…

— Я смогу дать тебе защиту, Алёна. Я помогу тебе выехать из страны, я помогу с оформлением новых документов… Я помогу с переводом тех денег, которые у тебя есть, на новые счета. Мы решим вопрос твоей матери, всё будет хорошо.

Я слушала его- и смех подползал ко мне, подобно длинной, шипящей змее. Он вырвался наружу сухим гоготом. Гоготом отчаяния и безысходности. Я смогла что-то произнести спустя минут пять, так сильно смех душил меня.

— Вы переоцениваете значение моего присутствия в жизни Вашего сына, Мистер Ламун. Он не Вы.