Плохая

Как же здесь красиво, органично, мирно… Кажется, словно бы этот старинный дом и сад, переходящий в темный лес, заключили друг с другом договор не просто о мирном сосуществовании, а о союзе красоты и гармонии… Закрываю глаза и отдаюсь ощущениям- ветер нежно треплет мои волосы, солнце гладит сверху. Тишина заставляет по-настоящему перезагрузиться. Я теперь смотрю вдаль и понимаю, что ретроспектива словно бы зазывает меня, влечет. Ступаю на влажную, то там, то здесь украшенную мхом каменную тропинку, и медленно иду по ней в направлении леса. Когда дохожу до него спустя десять минут, понимаю, что запах кедра и пихты буквально обволакивает меня. Смотрю вниз, под деревья- и к своему шоку вижу пухлую знакомую шапку- протягиваю руку и срываю его- упитанного здоровичка- белый грибок. Я давно не занималась грибничеством, но его узнаю всегда. Этот запах, этот вид- всё это с детства и навсегда останется со мной… Удивительно, а я и не знала, что в Ливане растут белые грибы… Даже не задумывалась об этом. Надламываю мясистую ножку- аж обидно, какой жирный экземпляр, идеальный, без единой черной крапинки… Сколько же их, должно быть, там, глубже в чаще… в самом лесу. Смотрю на него и понимаю, что сердце охватывает какая-то дикая, первобытная паника. Тревожное предчувствие приходит ко мне вместе с порывом ветра. Кажется, вот сейчас что-то выскочит из леса прямо на меня…

Когда слышу голос сзади, вздрагиваю и роняю гриб.

— Госпожа, пора завтракать, — обращается ко мне приветливая, улыбчивая филипинка неопределенного возраста, как это всегда бывает с их национальностью. А вот и Шери…

Она с радостью потчует меня завтраком, проявляет максимальную вежливость, но стоит мне только начать разговор об этом доме и его владельцах, тут же ретируется… Внезапно прекрасный английский сменяется на трудноразличимые словосочетания на смеси непонятных наречий, а потом она и вовсе смывается, сославшись на множество дел «к приезду господина».

Делать нечего. Никто мне не составит компанию в этом доме, кроме самого Тигра, да и то, для определенных целей… Допиваю кофе, который проясняет мое сознание еще больше. Решаю не терять времени и пройтись по дому, раз мне не давали на это запрета…

Красиво и тяжело. Да, именно тяжело. И как можно жить в таком интерьере все время? Он мрачный, темный, чопорный. Как душа аристократа в возрасте, взирающего на мир с пренебрежительным цинизмом и высокомерием. Здесь нет места радости и беззаботности.