Плохая

За это ощущение покорности и загнанности жертвы в шаге от смерти. Не тогда, когда цель еще не стала добычей, не тогда, когда еще есть надежда спастись, уверенность и даже дерзость в глазах той, кому суждено пасть ниц… А потом, в шаге от принятия своей неминуемой участи- обреченность и смирение придают лицу удивительную красоту… Ты сейчас очень красивая, Алёна. Глаз не отвести, — поглаживает горло, опускается на грудь, накрывая ее ладонями. Жадно, требовательно, — как упоительно бьется твое сердечко, отчаянно стремящееся жить… как грудь вздымается… я снова тебя хочу…

Я не шевелюсь. Возбуждения нет. Есть страх. Вглядываюсь в черную бездну его глаз и пытаюсь понять- есть ли там хоть капелька сострадания? Есть ли там шанс для меня? И не вижу ничего…

Он встает с кровати так же резко, как схватил меня. Собирает одежду с пола, одевается. Я пристально слежу за его движениями. Оцепеневшая, напряженная. В каждом его шаге, в каждом жесте молчаливый ответ на все мои неозвученные вопросы о моей дальнейшей участи…

— Мне нужно уехать. Буду завтра к вечеру. Отдыхай, ты здесь в безопасности. Можешь звонить матери, но не забывать, что тебя слушают. В доме будет служанка, филипинка Шери. Можешь обращаться к ней с просьбами. И разбери за это время свой новый гардероб, я хочу, чтобы ты встречала меня красиво.

— Я могу выходить на улицу? В сад?

Он поворачивается ко мне. Пристально смотрит. Словно бы думает, что сказать на мой вопрос.

— Ты можешь гулять свободно везде, проход куда не закрыт и не заперт, Алёна. Вот ключевой момент, который тебе следует запомнить. Всё ясно?

Я молча киваю. Мне предстоят сутки почти один на один с этим странным пугающим домом и его загадками. И я совсем не уверена, что хочу их разгадывать… Даниэль хлопает за собой дверью, а я прикрываю глаза, отдавая себя мраку и зябкой прохладе, угрожающе взирающей на меня из приоткрытого окна…

Сон снова накрывает меня желанным, но тревожным забвением. Эта тревога проявляется в беспокойных кошмарах, которые то и дело заставляют вскакивать с кровати, отбивая в темноте дикий стук сердца, но потом я снова погружаюсь в объятия забытия, потому что организму жизненно необходимо разгрузиться, отдохнуть.

Когда, наконец, полностью прихожу в себя, за окном позднее утро, перерождающееся в молодой день. Сил поприбавилось. Желания узнать чего-то больше об этом месте тоже. Я спускаюсь вниз, накинув на себя удобные вязаный брючный костюм, найденный среди вещей. Страсть как хочется на улицу. Нахожу вожделенный выход, ступаю в прохладу январского дня и наслаждаюсь свежим воздухом и пьянящим запахом кедровых.