Слезы черной вдовы

…Значительно позже, когда часы в библиотеке отбили девять раз, когда дачный дом осветился лучами закатного солнца, а все комнаты пропитались ароматом белых грибов (еле сысканных в конце лета), Надя сама, тужась и кряхтя, вытащила на веранду свое любимое кресло и поставила его рядом со Светланиным. Села, умаявшись, и, не сводя глаз с калитки, принялась ждать. Ей очень хотелось, чтобы сестра застала ее здесь - хотелось услышать, что она скажет на это. Надя отчего-то боялась этой встречи, но все равно ждала.

А мыслями она то и дело возвращалась к тому мгновению, когда Рейнер вероломно ее поцеловал. Касалась уголка губ и сетовала, что все произошло настолько быстро, и она даже ничего не успела почувствовать. Произошедшее уже не казалось ей столь страшным: вероятно, если Рейнер никому о том не расскажет, то и свадьбы можно будет избежать. Не случится никакой свадьбы, если она сама ее не захочет!

Вот только Надя уже не была уверена, что не хочет свадьбы…

Теперь, если Леон Боровской представлялся ей нежным властителем ее сердца - прекрасным и недосягаемым, с которым ее разлучила злодейка-судьба, то Григорий Рейнер был коварным соблазнителем, перед которым она, увы, не смогла устоять. Скольким девушкам он, должно быть, загубил репутацию?… Десяткам, если не сотням!

Однако ж всерьез сумел полюбить только ее.

«Наверное, я стала для него femme fatale. Совсем как Настасья Филипповна для Рогожина…» - подумала Надя и вдруг несмело улыбнулась.

Постепенно Надя успокоилась окончательно, решив, что, ежели Рейнер достаточно хорошо признается ей в любви, то, может быть, она за него и выйдет. И принялась ждать возвращения сестры.

Когда за зелеными кустами смородины в первый раз мелькнул экипаж, Надя напряглась, даже сердце ее застучало чаще и волнительней. Это Светлана, это точно она! Надя лихорадочно начала думать, как ей встретить сестру. Притвориться спящей в кресле? Сделать вид, что она увлеченно читает и будто бы случайно засиделась здесь? Но нет… твердо решив не отступать, Надя убрала книгу, сложила губы в улыбку, которая вышла робкой и боязливой, и вновь принялась глядеть на калитку. Светлана должна понять, что она именно ради нее здесь сидит.

Это действительно была Светлана. Однако по мере того, как она приближалась, улыбка Надина меркла: сестра была настроена вовсе не так благодушно, как сегодня утром. Что-то случилось… неужели из-за похорон? Надя поднялась ей навстречу, робея, и слова про пирожки с грибами застряли у нее в горле: слишком уж сосредоточенным было лицо сестры. И холодным. Враждебным к Наде - она буквально кожей это чувствовала. Что-то точно случилось.

- Иди в свою комнату и жди меня, - вместо приветствий сказала та, не дав ей и рта раскрыть.