Слезы черной вдовы

- Скажи, помнишь ли, как барышню в город возил, к аптекарю?

Случалось такое нечасто, точнее один-единственный раз, потому Петр, не раздумывая, хмыкнул:

- Да как же не помнить, барыня - меньше седмицы назад то было.

Светлана понимающе улыбнулась: за несколько часов той поездки Наденька, вероятно, извела его придирками столь сильно, что помнить он будет еще долго.

Потом же, значительно понижая голос и строго ловя взгляд слуги, Светлана спросила:

- Припомни тогда - что у барышни в руках было, когда она от аптекаря вышла? Большой ли кулек несла?

Там, в купе поезда, Светлана солгала Кошкину кое в чем. Это кто-то вроде Алины трижды перепроверил бы содержимое аптечки, прежде чем ехать на дачу - а Светлана о том вовсе не заботилась. Она даже расчески свои и любимую шляпку умудрилась позабыть в Петербургской квартире. И запас порошков тоже не взяла. Потому к сердобольскому аптекарю, господину Фидлеру, заезжала до Нади два или три раза. Те порошки немецкого производства у него всегда имелись в наличии. Аптекарь упаковывал их в аккуратную голубую коробочку, которую, по правде сказать, Светлана спокойно могла уместить в карман жакета, и выходила из аптеки, неся в руках лишь маленький ридикюль.

Зато, если в дополнение к порошкам купить еще что-то… Предприимчивый немец за приобретение двух и более товаров дарил покупателям большого шоколадного зайца.

- Тля тетишшек, - говорил он кланяясь и убирая покупки в объемный хрустящий сверток.

- Агась, немалый такой кулек, да, - уклончиво ответил ей Петр. И добавил, наверное увидев, как окаменело лицо Светланы после этих слов. - Не серчайте вы, Светлана Дмитриевна, что много денег барышня потратили. Дитё ж совсем. Еще и сладостей каких-то купили. Зайца. Из шоколаду.

«Дитё… - без сил повторила про себя Светлана. - В аптеке это «дитё» купило какую-то дурманящую отраву, чтобы подсыпать родной сестре и заставить ее, обезумевшую, убить собственного мужа… Вероятно, стоит все же найти и другие доказательства Надиной вины: как-никак, лишь через два дня после ее поездки в город начались те приступы. Хотя какие ж, право, еще нужны доказательства?…»

- Петр, голубчик, - все же заговорила Светлана, понижая голос еще более, - я хочу, чтобы ты снова съездил в Сердоболь к этому аптекарю. Его зовут Фидлер. Зайдешь к нему в этот раз сам, да скажешь, что барышня Шелихова просили повторить тот же самый заказ, что неделю назад. Тот же самый, понял?

Петр, нахмурившись, кивнул.

- Да гляди, чтоб не обманул немец. Он в книги свои бухгалтерские все доходы вписывает, так что пусть не говорит, будто не помнит, что она покупала. Сделаешь?

Петр снова кивнул - на этот раз весьма сосредоточенно. Было он человеком серьезным, справится. Немыслимо, но Светлана поняла сейчас, что доверяет Петру больше, чем родной сестре.