Слово авторитета

Такого человека запросто можно представить где-нибудь в темном переулке, сжимающего в могучих руках черенок от лопаты. Дальше фотографии вполне мирные: вот Мерзоев нанизывает небольшие куски мяса на шампур, на столике лежит нарезанный лучок, аппетитно алеют дольки нарезанных помидоров.

Немного в сторонке — бутылка красного вина. Все как и положено! Рядом две девушки — очень красивые, с распущенными волосами. Наверняка взяты напрокат из какого-нибудь модельного агентства. Девушкам хорошо — мясца покушают, да и менеджеры тоже внакладе не останутся.

Дело Мерзоева оказалось очень большим. Кроме обвинительных заключений, включавших по несколько десятков страниц, оно содержало множество показаний свидетелей и просто донесений оперативных источников. Судя по записям, на допросах он вел себя дерзко и признавал собственную вину только тогда, когда пол под ним начинал трещать от тяжести изобличительных материалов. В целом фигура не слабая, с бесспорными заявками на лидерство. Во всех трех ограблениях он был ведомый и получал минимальные сроки.

Досрочного освобождения не заслужил и, что называется, отсидел от звонка до звонка.

Дело изобилует фотографиями, но они, как правило, не прибавляли ничего нового: похоже, круг общения у него сложившийся, одни и те же физиономии, вот только женщины менялись да ландшафт.

Фотографии были собраны в компьютере, как в хорошем альбоме: их можно было быстро полистать, разложить из них пасьянс и даже увеличить отдельные части снимка. Одна фотография особенно заинтересовала Шибанова. Видно, что компанию из двадцати человек сняли во время застолья.

На именины не похоже — на столе блины с медом, кутья, да вот еще водка во множестве. Такое впечатление, что ребятки поминают безвременно усопшего. Да и лица хмурые, некоторые откровенно злые. Только в дальнем углу сидели двое мужчин и натянуто строили друг другу улыбки. Первого капитан Шибанов узнал сразу — это был Мерзоев, чуть помоложе, с короткой модной стрижкой. А вот второй… Тоже как будто бы знакомое лицо. Определенно, где-то он его уже видел. Григорий щелкнул мышкой, и фрагмент снимка увеличился втрое. Утонченные черты лица, длинный, с небольшой горбинкой нос, глаза пронзительные, острые, какие могут быть только у орлана, высматривающего на далекой земле добычу. Соседом Мерзоева был Закир Каримов.

С минуту капитан Шибанов осознавал собственное открытие, разглядывая снимок. А потом выключил монитор.

Напряжение сказалось — заломило под лопаткой. Григорий поднялся и сделал несколько вращательных движений плечами, немного полегчало.