Сыщик Бреннер [2 книги]

Больше я Костаса из рук не выпускал в прямом смысле слова. В городе я постоянно придерживал его за локоть, а дуло револьвера приставил к пояснице великокняжеского сына. Наследник понимал, что дело дрянь, и бежать не пытался. Клянусь, я бы выстрелил, дай он мне хоть малейший повод. Тем более что Кречетов приказал мне именно убить его, а не пленить.

Костас чувствовал мое настроение и шел спокойно, даже начал потихоньку насвистывать неизвестную мне мелодию. Но мелодия мне не понравилась, да и свистел он фальшиво, поэтому я велел ему заткнуться и идти молча.

Дважды за последующие полчаса нам встречались городовые, но я вовремя замечал их и успевал свернуть в одну из подворотен, где мы пережидали, пока служаки пройдут своей дорогой, и только после этого выбирались обратно на улицу.

— Бреннер, а куда, собственно, вы меня ведете? — спросил вдруг Костас.

— Скоро поймешь, — отрезал я, не собираясь вдаваться в объяснения, а когда наследник вновь попытался что-то спросить, ткнул его посильнее револьвером в спину.

Костас вынужденно умолк.

За этот день я столько раз бил его, но Костас шел ровно, не хромал и даже чуть расправил плечи.

У одного из трактиров, мимо которого мы проходили, я приметил ночного извозчика. За вполне разумное вознаграждение, не задавая лишних вопросов и не обращая внимания на наш внешний вид, он согласился отвезти нас в нужное место.

Дождь неистово хлестал по крыше экипажа, но внутри было сухо и хорошо.

По дороге я включил переговорник, который до этого деактивировал, и первым делом вызвал Грэга. Тот сидел в редакции и пришел в неописуемое волнение, услышав мой голос.

— Ты знаешь, что объявлен во всеимперский розыск? — первым делом спросил он.

— Наслышан. Это потому, что я умыкнул Костаса.

— Сына князя? — растерянно уточнил Грэг. — На кой он тебе? Впрочем, не важно. Слушай главную новость. На цеппелин князя напали, перебили всех, кроме него самого и капитана. Они едва сумели спастись, вернуться и совершить посадку. Но, говорят, главной целью был сам император Карл! Он в гневе. Ходят слухи, что он хочет отстранить Платона Александровича от должности. Ты не прочтешь об этом в утренних газетах. Всё стараются держать в полной тайне, но у меня свои источники.

— Про цеппелин знаю, я был на нем.

Грэг помолчал секунд десять, потом продолжил:

— Надеюсь, ты не причастен к убийству членов команды?

— Нет, я убил тех, кто убил их…

— Так это ты спас «Возрождение»? Я сделаю из этого сенсацию! Все обвинения против тебя будут сняты уже утром! Поверь, они не посмеют арестовать национального героя.

— Еще как посмеют, — огорчил я Грэга. — И тебя заодно, если влезешь в это дело. Так что советую не писать обо мне. Лучше расскажи, как твое расследование?

Голос журналиста тут же помрачнел.