Единственный (СИ)

Недостаточно необходимой, нужной, желанной. Я знаю, каково это, и различать тоже умею!

Выдохнув, я сглатываю стоящую в горле колом слюну и рисую на запотевшем стекле сердечко. Не давая себе времени на раздумья, отправляю картинку Артуру и, как только она улетает, я превращаюсь в сгусток колючей энергии.

Мое сообщение не прочитано к тому времени, как одеваюсь и выхожу из дома, захватив еду для бабули. У нее проблемы с позвоночником и лишняя активность причиняет боль, поэтому в последний месяц мы помогаем ей с готовкой. Это не всегда получается, но на прошлой неделе даже Никита внес свою лепту.

Галочки на сообщении становятся синими, когда добираюсь до автобусной остановки. Заняв место, я зажимаю телефон в ладонях между колен и вперяю взгляд в картинку за окном.

Удары сердца становятся тяжелее, будто этот мой орган вдруг накачали свинцом, ведь ответа на свой перфоманс не получаю ни через минуту, ни через две, ни через три, и даже ни через пять.

Если у него нет на меня времени… Если я для него развлечение… Если…

От этих «если» сердце еще тяжелее становится. Мечется и бросается в крайности, ведь мои чувства к этому парню ненормальные!

Мессенджер квакает сообщением спустя десять минут, и я в него проваливаюсь."

"Внутри фотография, почти копия той, что отправила я. Только другая ванная комната и другое зеркало. Тоже запотевшее. И на нем — аналогичное моему сердечко, но сердечко Палача вдобавок ко всему пронзено стрелой.

— Твою… мать… — шепчу сдавленно, глядя в потолок автобуса.

Глава 38

Этой короткой переписки мне хватает с лихвой, чтобы гореть до самого вечера. Ее и до конца жизни могло бы хватить, но с каждым часом голод по общению с моим парнем в реальности становится все сильнее.

Я могу себе это позволить, ведь он должен заехать в восемь, а я заметила, что Артур Палачёв не любит опаздывать. Мне нравится эта черта. Это крошечное дополнение к тому, что я уже о нем знаю. Все его черты в течение этого дня приобретали особую привлекательность, словно противный Купидон щелкнул у меня в голове пальцами.

Он прислал мне сердечко. Палач! Я не могу не гореть. Я смирилась. Он не оставил ни малейшего шанса найти в своем отношении ко мне чертов изъян. Не оставил выбора! Заставил гореть. Снова…

В десятый раз осматриваю длинную рубашку, в которую одета, и все же расстегиваю еще одну пуговицу сверху, делая вырез открытым на грани фола. На бедрах у меня джинсовые шорты, и их длины хватает, разве только чтобы прикрыть задницу, но длина рубашки это компенсирует.

Откопав в шкафу сумочку, дергаю за молнию и заглядываю во внутренний карман, проверяя презерватив.