Ветер над островами

Они, наверное, это и собираются делать?

Из разговоров и шушуканья вокруг я понял, что поминки будут не только по Павлу, а по всему экипажу: так полагается по местным правилам, это все за счет хозяина судна или его наследников. Сдвигались столы, расставлялись давки, откуда-то появлялись блюда с едой, которые женщины сноровисто и быстро расставляли по столам.

Вера ушла в свою комнату и не показывалась, с ней почти все время была Евдокия. А ко мне же, неприкаянно болтавшемуся то по дому, то по двору, подошел невысокий человек в уже привычном священническом френче и твердой соломенной шляпе, вежливо поздоровавшийся.

Дождавшись ответа, он представился:

— Я — преподобный Савва, настоятель храма острова Большого Ската, ну и представитель духовной власти на острове. Из Новой Фактории телеграмма пришла, что преподобный Симон подтвердил ваш статус законного защитника при девочке. Верно?

— Так и есть, — осторожно ответил я, не понимая пока, к чему преподобный клонит.

— Это хорошо, — сказал он. — Хорошо, что девочка остается не одна. Не хочу ничего дурного сказать про Евгена, брата покойного Павла, он человек честный и всегда следует правилам, но…

— Что? — насторожился я.

— Павел был главным, теперь главным станет он. Поскольку Вера у Павла была одна, второй раз покойный так и не женился, все по жене своей тосковал, он девочку к делу приставил и сделал из нее настоящую помощницу себе. Не знаю, заметили вы или нет.

— Не заметить трудно было, — ответил я совершенно честно. — Девочка способна любое дело вести.

— Даже так? — чуть удивился священник. — Тем более. А Евген, как я сказал, человек правил, он все встроит в семейную и деловую иерархию.

И девочка окажется… просто ребенком.

— Да еще и не родным, — добавил я.

— Это вы зря, — тихо укорил меня священник. — И Павла, и Евгена я с детства знал — не думаю, что про младшего брата следует так плохо думать.

Я ничего не ответил, но мысль о том, что дядя с ходу попытался меня застроить, все же в мозгу осталась. Поэтому данную ему священником рекомендацию я мысленно отнес в голове в раздел «Прочие сведения». Дальше видно будет, как и что на самом деле.

— В общем, о чем хотел просить вас, — вернулся к теме разговора преподобный Савва, — девочка теперь совсем одна осталась, старый инвалид Василий и няня — все же не семья.

А по возрасту она уже имеет право выбрать, жить ей самостоятельно или переходить в семью дяди до совершенных лет. Но право это доказывать надо.

— Кому доказывать? — уточнил я.

— Если честно, то мне в основном, — ответил преподобный, взглянув мне в глаза. — И если девочка докажет, что сможет уже жить своим умом, то я буду свидетельствовать об ее правомочности. И тогда она будет управлять делом на правах взрослой.