Зеркало сновидений

 — Абсолютно никаких!

Впрочем, человек, который всегда — и в детстве тоже — умел за себя постоять, имел полное право так говорить.

Когда Сергей Васильевич и его тетушка возвращались от Истриных в наемном экипаже, Евдокия Петровна, не удержавшись, спросила:

— Ты ведь тоже думаешь о них, верно?

— О ком? — буркнул Сергей Васильевич.

— Об Арсении и Оленьке. Почему они видели один и тот же сон?

— Тетушка, перестаньте, — проворчал Ломов с досадой. — Девушка начала рассказывать свой сон, а он объявил, что видел то же самое, чтобы она обратила на него внимание.

— Нет. — Евдокия Петровна покачала головой.

 — Может быть, я и стара, но кое в чем я все же разбираюсь. Оленька мила, но, по-моему, недостаточно мила, чтобы привлекать мужчин. Во всяком случае, Арсения она совершенно не интересовала. На вечере он даже не смотрел в ее сторону, он больше говорил с сестрой, Лизой и близнецами Шаниными. И он был совершенно искренен, когда уверял, что видел тот же сон, что и Оленька.

Ломов нахмурился. Он давно состоял в Особой службе и считал, что умеет распознать, когда человек говорит правду, а когда врет. Арсений не лгал, но Сергей Васильевич поймал себя на мысли, что лучше бы молодой человек лгал.

Ломов не любил загадок, которые не мог разрешить.

— Приехали, тетушка, — сказал он вслух. — Вот ваша гостиница. Надеюсь, вы все же провели приятный вечер?

Клинки со звоном скрестились, выбив голубоватые искры. В следующее мгновение Ломов выбил шпагу у своего соперника и приставил острие к его горлу.

— Поздравляю, — промолвил Сергей Васильевич сухо, — вы труп.

Противник Ломова, — вернее, противница, потому что это была очаровательная молодая блондинка с золотисто-карими глазами, — с укоризной поглядела на него и пальцем отклонила от себя лезвие.

Как и у всех учебных шпаг, острие этой было для предосторожности снабжено специальной насадкой, чтобы не ранить соперника.

— Не понимаю, — сказала баронесса Амалия Корф (потому что это была именно она).

— А что тут понимать? — пожал плечами Ломов, убирая шпагу. — Вы труп, вот и все.

— Два часа, — уронила Амалия, глядя на настенные часы. — И тем не менее я не понимаю, Сергей Васильевич. Позавчера за тот же промежуток времени вы убили меня 26 раз.

— О, — протянул заинтригованный Ломов.

 — Так вы еще и считаете?

— Разумеется, — кивнула Амалия. — Сегодня, милостивый государь, вы убили меня всего 18 раз, и вдобавок один раз я едва вас не достала. Конечно, — продолжала баронесса, стягивая перчатки, — я была бы счастлива сказать, что за короткий срок сумела сделать поразительные успехи, но в том-то и дело, что ничего подобного.

Она отошла к своей шпаге, которую выбил ее соперник, подняла оружие с пола и положила его вместе с перчатками на стоявший в углу зала стол.