\

Повозка остановилась на месте. Снаружи слышно какие-то голоса. Кажется, это караванщики обсуждают что-то. И тон у них какой-то весьма встревоженный.

Глава каравана сорвал полог и выпрыгнул наружу. Программист машинально подхватил свой рюкзак и вывалился следом за ним. Парень тоже не стал сидеть внутри. Схватил свои вещи и полез наружу.

Повозки стояли на большой округлой площадке. Тут всё замощено этими каменными плитами. Между некоторыми из них щели сильно размыло. И стало ясно, что это совсем не плиты, а скорее здоровые каменные кубы, утопленные в землю.

Позади даже простор степи не было видно. Скрылось всё за невысокими сопками и торчащими утесами, между которыми петляла дорога, поднимаясь по склону. Сама площадка поднималась над окружающим ландшафтом, по краям сползали вниз гравийные насыпи. А где-то там внизу торчали зелёные сосенки, распушив свои лапы. Верхушки их поднимались выше плит, раскачиваясь от легкого ветерка. То тут, то там по склонам белели кучки холодного и жесткого снега. Налетающие порывы, срывали снежную крупу с гор наверху и сносили её вниз. Тихо скреблись льдинки по камням, когда пролетали под телегами и забивались в щели между плитами.

Валера немного поежился, слишком уж тут было неуютно. Потирая замёрзшие плечи, он обошёл фургон и уставился вверх. Там заснеженные горные хребты. Всюду белые снега, лишь изредка чернеют торчащие скалы. Где пониже, торчат целой стеной сосны, взбираясь по косогору.

– Ух, горы кругом, – Чизман встал рядом и тоже уставился наверх, – завораживает и замораживает, – усмехнулся он, а потом вдруг резко выдохнул, – вот это да….

Валера проследил за его взглядом и тоже изумленно охнул.

Площадка упиралась в гигантские врата, которые просто вырастали из недр горы. Это была не какая-то крепость или укрепление, а просто ворота. По краям поднимались здоровые квадратные башни. Каждая была, наверное, с пятиэтажку высотой. В одной такой, как раз уместился бы один подъезд. Первые пять метров лицевой стены – сплошной камень. Чуть выше начинались ряды узких вертикальных щелей – окна-бойницы. Этаж за этажом поднимались они до самого верха, где была острая треугольная крыша. Снежный склон, из которого торчали редкие сосны, упирался в эти две твердыни и сползал вниз, так и не достигнув площадки. "

"Между башнями поднималась такая же мощная стена. Вздымается над ней треугольный каменный гребень, края которого уходят за башни. Видимо, всё это, чтобы какая-нибудь лавина не засыпала вход. Чуть ниже его, ряд таких же узких бойниц. А ещё ниже большая прямоугольная выемка. И больше ничего. Всё плоское, серое, с ровными гранями. Никаких архитектурных украшений, всё по-военному. Будто бы из бетона отлито.