Имперец. Живыми не брать!

Разумеется, ориентировки дали туда уже и сейчас, но вот в Москве-то меня искать точно больше не станут.

А зря, между прочим!

Являясь в суд, никаких иллюзий я уже не строил — Лысенков мне подробно все растолковал и даже приблизительный приговор назвал. Предположил, кстати говоря, что штрафом могут и не ограничиться. Погонин вполне способен спровоцировать во время заседания какую-нибудь гадость. И схлопотать в рыло. А я мог таким образом заработать срок.

— Неужто он свою морду подставит? — удивлялся я, слушая адвоката.

— Да запросто! Он уже так делал.

Причем — не единожды. Пресса поднимала вой, превознося страдания несчастного, а его «обидчики» получали реальные срока. Правда, в суде он этого раньше не делал, но может — от него всего приходится ожидать. Тем более что максимального штрафа в твоем случае припаять не могут, а это его не устроит. Минимальная сумма, которую он получает в подобных ситуациях, — пятьсот тысяч. Ему ж еще и с судьей делиться надо…

— А что ж в этом необычного? Налаженный бизнес… Эти гаврики давно уже успешно доят «экстремистов».

— И ничего не боятся?

— А чего? Что здесь можно доказать?

Поэтому в суд я приходил трижды.

Разумеется, меня досматривали на входе — с этим тут строго. Но ничего противозаконного не нашли. Ну, тащит с собою человек спальный мешок и консервы — и что? Не динамит же несет? Может быть, он в турпоход собрался? Сразу же после визита в суд — не всех же туда вошедших в наручниках выводят? В другой, так сказать, поход…

А я себе лежку делал. Именно здесь — в суде. Тут всяких технических помещений много. И не во все народ постоянно заглядывает.

Вот в котельную, по теплому времени бездействующую, точно никто не заходит. Незачем, на улице тепло и сухо.

В первый раз я просто прошелся по зданию, выбирая место возможного укрытия. Чтобы там не было камер, сигнализации и замки имелись не слишком уж серьезные. Таких мест нашлось три. По здравому размышлению, выбираю именно котельную — у нее запасной выход на улицу есть. Не шибко комфортный, но для меня подойдет. Угольную пыль и отряхнуть можно. А вот приставы, охраняющие здание, в люк для погрузки угля точно не залезают — можно засвиниться, а им это не к лицу.

Во второй визит притаскиваю туда припасы.

И теперь сижу даже с некоторым комфортом. Вода есть, а кипятильник я прихватил. Сижу и слушаю по телефону словоизлияния судьи.

— Вы как хотите, Павел Андреевич, но в данной ситуации вы выпустили все из-под контроля!

— Не знаю! Это уж ваши проблемы, уважаемый! Мы так не договаривались!

— Я и так делаю все возможное! Поймите: случай хоть и не рядовой, однако же государственной важности не представляет.