Куколка последней надежды

 — Кортес достал из кармана несколько листов бумаги и положил их на колени девушки. — Теперь за эту технологию отвечаем мы.

— Олесе повезло, что ее судил воин, — улыбнулась Яна.

— Я не судил, — буркнул наемник, — я наказывал. Судить Олесю не за что.

Они стояли у стойки регистрации. Стояли молча, держась за руки и не в силах оторвать взгляд друг от друга. Билет в Ростов и маленькая сумка на плече. Основной багаж отправили вчера, медицинский центр, квартира, машина, все продано. Возвращаться в Тайный Город Олеся не собиралась.

— Жаль, что все закончилось так.

— Действительно жаль?

— Да.

 — Артем улыбнулся. — Помнишь, ты проверяла в казино примету? Нам не очень повезло… быть вместе.

— Прости меня. — Олеся чуть крепче сжала руку наемника. — Прости.

Бесстрастный голос объявил, что следует поторопиться на посадку. Олеся прильнула к груди Артема, он поцеловал ее светлые волосы.

— Я люблю тебя, Тема, очень люблю… Молчи! Не говори, не надо. Мы оба знаем, что наши дороги расходятся.

Олеся еще крепче прижалась к Артему. Прижалась так, чтобы навсегда запомнить его руки, его запах, его силу. Прижалась так, чтобы навсегда запомнить его уверенную улыбку и веселые глаза.

Прижалась так, чтобы истории, которые она будет рассказывать своему ребенку о его отце, дышали только любовью.

Срок небольшой, но Олеся была слишком опытным врачом, чтобы ошибиться. Маленький огонек жизни уже несколько дней горел в ее чреве. Маленький огонек, зажженный любимым мужчиной.

Все было именно так, как предсказывал молодой следователь из Ллойда. Или не из Ллойда? По молчаливому согласию, и Балдер, и Галли не обсуждали последние события, отложив серьезный разговор до возвращения в Штаты.

Слишком много информации свалилось на фэбээровцев, слишком много довелось увидеть, пережить, и им захотелось просто отдохнуть, расслабиться, посмотреть город…

И все было именно так, как предсказывал молодой следователь из Ллойда. С точностью до буквы. Сытный обед в ресторане русской кухни, увенчанный блинами с икрой и запотевшим графинчиком водки. Шапка-ушанка с кокардой имперского пехотинца, купленная у словоохотливого арбатского торгаша. Там же приобретены оренбургский платок, четыре матрешки и поделки из Хохломы.

После этого Сана сочла экскурсионную программу законченной, но Вольф предложил немного прогуляться по городу, кривые улочки которого произвели на привыкшего к прямолинейным стритам американца неизгладимое впечатление. И увешанные пакетами фэбээровцы медленно побрели по осенним переулкам, вдыхая неповторимый, чуть горьковатый аромат уходящего лета.

— Не понимаю, на что здесь можно смотреть, — пробубнила Галли, сворачивая в очередной закоулок. — Не дома, а домики. И все такие маленькие, как будто не настоящие.