Любовь не продаётся

В глубокой, глубокой старости. И этого не нужно бояться, потому как никто не знает сколько ему суждено прожить.

— А что такое суждено?

Иногда мой мозг готов был взорваться от всех этих вопросов. Я не знала, правильно ли разговариваю с ребенком, делала это по большей степени на интуитивном уровне.

— То есть отмерено. Каждый человек рождается с определенной миссией и судьбой. Никто не знает, когда умрет. Но смерти бояться не нужно, — хотелось рвать волосы на голове.

Озадаченность на лице Мише стала ярко выраженной, глаза бегали по моему лицу, и я видела этот поток вопросов, который он собирался мне задать.

— Женя, я не хочу умирать… — тоненький голосок дрогнул.

А я, наконец, поняла, что нужно было уходить от этой темы. Не хватало, чтобы Мишка начал теперь спрашивать меня каждый день, бегая хвостиком: «А я не умру?».

— Ты и не умрешь. Разве я тебе позволю? Вон как я тебя люблю! А когда так сильно любят, человек не может умереть.

— Правда, — ах если бы.

Но я не считала, что обманываю ребенка. Просто немного преувеличивала. Ведь пока в нас живет память к человеку, воспоминания и теплые чувства — он жив. Жив и обитает в нашем сердце.

Я поднялась со стула, налила в стакан воды, осушила тот залпом и поставила обратно на стол. Наложила кашу в тарелку, чтобы остывала. Не любила, есть горячую еду. А сама пошла умываться, надеясь, что Мишкин допрос окончен.

Не самое удачное время мы выбрали для прогулок и посещения могилки бабушки, духота стояла невыносимая, благо хоть солнце скрывали тучи. Я позвонила Ларе и предложила прогуляться вместе с нами. Но она была занята или просто собиралась отлеживаться весь день. Я бы тоже была не прочь принять горизонтальное положение или выпить какого-либо энергетика, чтобы немного взбодриться. Мишка всю дорогу молчал и держался за мою руку. А я словно запыхавшаяся собака шла вперёд, для пущей схожести оставалось свесить язык.

— Мороженое хочешь? — спросила я у брата, на что тот энергично закивал головой.

Только сейчас я вспомнила, что оставила кошелёк с деньгами дома, но мелочи в карманах насобирала на одну порцию. Как раз перед кладбищем стоял небольшой продуктовый магазин. Будет чем занять и одновременно отвлечь ребёнка, пока по-быстрому проведаем бабулю.

Мы уверено зашли с Мишей в помещение, в котором работал кондиционер. Я вдохнула глоток прохлады и, вывалив мелочь на прилавок, попросила мороженое.

— Сколько сынку? — я на мгновение застопорилась на месте, не сразу сообразила, что продавщица обращалась ко мне.

Приняла Мишу за сына? Неужели так плохо выглядела? — пронеслось в голове, когда я смотрела в умиленное лицо женщины, а та не сводила сияющих глаз с моего брата. Мишка радовался, что сестра купила ему мороженное.