Никогда не верь пирату

Сначала она побаивалась, но давно усвоила, что большинство людей вообще не смотрят чересчур долго или чересчур пристально на грязных маленьких оборванцев, а те, кто все-таки смотрит, были опасны, и она приучилась держаться от них подальше.

Последний час после отплытия Даньелл провела, выслушивая сальные шуточки кока и членов команды, забегавших на камбуз после выполнения очередного приказа. Насколько она поняла, камбуз на этом судне был чем-то вроде клуба. Здесь также было жарко, как в аду, поскольку на открытом огне постоянно кипела кастрюля, а плита выпускала в воздух черные клубы дыма, лениво просачивавшегося в темную дыру в палубе, которая, очевидно, была недостаточно широка.

Команда казалась дружелюбной, хотя и распускала языки, и она начинала чувствовать, что сможет стать своей в этом обществе.

Дверь распахнулась, и в помещение ворвался ирландец:

– Вставай, Кросс! – рявкнул он. – Капитан хочет тебя видеть.

Даньелл испуганно вскинула голову. Она, конечно, ожидала увидеть капитана, возможно, за обедом, когда понесет ему еду, но чтобы он потребовал помощника кока явиться… такое бывало редко.

У нее упало сердце.

Обычно капитаны – самые проницательные люди на кораблях. Если этот не просто мимоходом на нее посмотрит, а будет изучать, задавать вопросы… даже не хочется думать о том, что случится.

– Да-да, конечно, – ответила она с простонародным выговором, который сумела отточить за эти годы. Способность к языкам хорошо ей послужила. Она просто прислушивалась к молодым матросам и повторяла то, что они говорили, именно так, как они. Словно быстро обучающийся попугай.

– Идем со мной, – велел О’Малли, показав на дверь.

Даньелл последовала за ним к трапу, прошла по палубе к узкому проходу, после чего они снова спустились по трапу в темное, прохладное место рядом с кормой.

Даньелл отлепила потную рубашку от туники. Как бы ни прошла эта встреча, ее ждут несколько благословенных минут вдали от жары камбуза. Гримальди еще получит отповедь за то, что вынудил ее играть роль помощника кока.

Ирландец дважды постучал в большую деревянную дверь капитанской каюты.

– Входите, – послышался приглушенный мужской голос. Судя по нему, капитан был молод.

Даньелл затаила дыхание, а О’Малли толкнул дверь и вошел первым.

Даньелл робко пошла за ним. Она в жизни своей не видела такой роскошной каюты! Должно быть, она занимала все пространство под кормой. Здесь стояли письменный стол, стулья и, как ни странно, медная ванна, около которой на колышках висели ведра. В глубине царила большая кровать с изумрудно-зелеными атласными простынями. Никакой узкой койки для этого капитана. Здесь пахло лимонным воском, пряной смесью сигарного дыма и чего-то смутно знакомого, что Даньелл не смогла распознать.