Обрученные луной

 — Я себя дер-р-ржу! А ты… как ты не видишь?

Он безнадежно махнул рукой, действительно не понимая, почему Брангард так слеп. И глух. И внезапно лишился нюха. Ведь не может он всерьез не замечать, что наследнице Рысей достаточно просто рядом пройти — и кровь в жилах закипает, изнутри поднимается томительный сладкий жар, а в голове такие мысли… Не может ведь Брангард этого не чувствовать?! А если так… значит, брат ему впервые в жизни лжет? Ох, как не хочется даже думать об этом, но наследница Рысей — прекрасный выбор для будущего вождя Черных Волков. Слишком правильный, чтобы умница Брангард ее упустил.

— Идем, — вскочил он, словно кто-то отпустил туго натянутую тетиву, и стрела сорвалась в короткий страшный полет. — И пусть она сама выбирает.

— Прямо сейчас? — насмешливо уточнил Брангард, вмиг став чужим и высокомерным. — Дай девушке хоть по сторонам оглядеться. Поесть с дороги, нарядами покрасоваться… Дикий ты, братец. И дурной, как лось в гоне. Не толкай ее на то, о чем сам потом пожалеешь.

— А ты меня не учи! — не выдержал все-таки, сорвался Хольм. — Если она тебе и в самом деле безразлична, уйди с дороги!

— Дурак! — тоже повысил голос Брангард, не забывая, впрочем, поглядывать, чтоб никто не подошел к их убежищу слишком близко.

 — Ты хоть сам сначала разберись, чего ты хочешь! К Рысям ты ехать не желаешь! Но здесь остаться все равно не выйдет. Да, я люблю мать. Но она тебя со свету сживет, и я это понимаю. Я тебе, дурень, добра желаю. Не хочешь к Рысям, смотри, придется к Медведям ехать. Или вовсе к Барсукам. А дочка у Рассимора слишком хороша, чтобы дураку отдать. И хватит на меня зубы скалить — совсем в своих лесах одичал! Тоже мне, вожак…

На Хольма словно плеснули ледяной водой — с размаху целую бадью.

Он оскалился на брата? Словно… настоящий неразумный зверь? Он, сын вождя, истинный оборотень, владеющий своим Волком легко и привычно, как частью себя?

Хольм затряс головой, растер ладонями ноющие виски. Что-то и вправду день не задался. Стыдно-то как! Тогда, после встречи с Сигрун, было не стыдно, а сейчас… Брангард ему не враг. Они братья. Любящие друг друга братья, как бы ни пыталась их разделить Сигрун.

— Лучше бы помылся да одежду сменил, — безжалостно добил его Брангард.

 — За девушкой он ухаживать собрался. Нет, если ты хочешь сбить ее с ног запахом три дня не мытого самца, то все правильно. Она сомлеет, ты ее на плечо — и в логово. Лишь бы девицу не стошнило, она Кошка все-таки, а не Кабаниха.

— Заткнись… — простонал Хольм, изнемогая от стыда. — Я сейчас… вернусь… А если ты… Брангард… Если ты, пока меня не будет…

— Место рядом придержу, тарелку покараулю, девушку — тоже, — насмешливо пообещал скотина-братец. — Отцу скажу, что скоро будешь.