Обрученные луной

 — Ему к целителю… надо.

Про то, что ему и самому лекарь не помешал бы, умолчал, но Арлис не был бы Когтем, если бы не видел такое с полувзгляда, как и сам Хольм.

— Ты! И ты! — рявкнул он, указывая на понурого Рисала и еще одного Кота из тех, кому досталось поменьше. — И ты! — ткнул пальцем в здоровяка, что пришел с Гваэлисом. — Тайвора к целителям, бегом! И не дай вам Луна его по дороге уронить! Я тогда вашими шкурами велю здесь полы от крови отмывать! Бер-режно несите, ур-роды… А ты и ты…

Он перевел взгляд на Хольма, явно прикидывая, кто из оставшихся сможет его поднять.

— Сам дойду, — все-таки сплюнул кровью на пол Хольм и привалился к стене.

— Поговори мне еще! — вызверился Арлис уже на него. — Дотащат, не переломятся! А потом чтобы там меня и ждали! — заорал он вслед угрюмым Котам, поднявшим Тайвора на руки, и опять обернулся к Хольму. — Так вот… Эй, Волк! Волк, чтоб тебя! Ты чего?

«Я? Да ничего, — удивился Хольм. — Я в порядке. Даже не болит… почему-то. Только спать охота… и темно… Вот странно, только что был день…»

Он хотел открыть рот, чтобы поделиться этой странностью с Арлисом, но губы онемели, словно на морозе, а во рту появился мерзкий привкус гнили, будто Хольм глотнул болотной воды.

И в висках тревожно застучали звонкие молоточки. А потом он успел понять что-то очень важное про эту драку, но тут же забыл, потому что отдаляющийся голос Арлиса что-то орал в самое ухо, но Хольм не мог разобрать ни единого слова. Болотная вода вдруг ударила ему в лицо черной вонючей волной, и Хольм захлебнулся в ней, камнем уйдя на дно, в непроглядную тяжелую жижу.

— Тебе кто вставать разрешал? — услышала Лестана над головой сердитый голос тетушки Аренеи.

 — А если кровотечение опять начнется? Что я с вами, дурехами, делать буду? От одной ко второй метаться?

— Не ругайся, Ари, — мягко прозвучал другой голос, и Лестана попыталась радостно вскинуться, но не смогла даже голову приподнять.

Матушка! Она пришла!

Прошелестел тяжелый шелк, и Лестана увидела краем глаза любимое матушкино платье, синее с серебром. Больная или здоровая, матушка никогда не покидала свои покои без тщательно подобранного наряда, прически и украшений.

Жена вождя — образец для всех женщин клана…

— Леста, милая, ты не спишь?

Ее ласково погладили по волосам, и Лестана вдохнула знакомый запах притираний для гладкости кожи. Дернула головой, пытаясь повернуться, но шея слушалась плохо, и она лишь придвинула затылок ближе к ласкающей ладони, прошептав:

— Матушка… Как твое здоровье?

— Обе сумасшедшие, — буркнула Аренея. — Ладно, девочки, — обратилась она к целительницам, которые делали Лестане массаж, — хватит пока. Вечером перед сном еще разомнем.